Оценка потенциала и разработки основных направлений развития Костромской области

Орлов Е.В.

УДК 332.122(470.
ББК 65.9(2Рос-4К

Цель. Определение приоритетов развития субъекта Российской Федерации, не обладающего значительным ресурсным потенциалом, позволяет обозначить механизмы, которые могут быть использованы для позитивного изменения ситуации в регионах, оказавшихся в аналогичных условиях, а также тех, чей потенциал подкреплен наличием одного или нескольких ключевых ресурсов.

Методы. Проведен анализ демографических тенденций, развития предпринимательства, жилищного строительства, структуры валового регионального продукта и динамики показателей основных отраслей производственной деятельности. Выявлены диспропорции в развитии базовых сфер жизнедеятельности населения в муниципальных образованиях региона.

Результаты. Основным результатом проведенного исследования можно назвать определение приоритетных направлений развития Костромской области, в первую очередь, лесопромышленного комплекса. Заложены основы понимания того, что «распыление» немногочисленных имеющихся ресурсов не приводит к положительным результатам, необходима их концентрация на развитии приоритетных направлений.

Выводы. В текущих социально-экономических условиях регионам с ослабленным ресурсным потенциалом необходимо концентрировать усилия на развитии приоритетных отраслей, в том числе путем создания субъектов государственного и муниципального предпринимательства, а в дальнейшем, после аккумуляции ресурсов, приступать к развитию социальной сферы и инфраструктуры.

Ключевые слова: анализ тенденциймуниципалитетнаправления развитиярегион.

Сегодня Российская Федерация и составляющие ее субъекты находятся под давлением внешних и внутренних факторов, среди которых можно выделить недостаток капитала для расширенного воспроизводства, снижение доступности технологий и оборудования, сокращение потенциала экспортных операций. Воздействие указанных факторов ведет к торможению промышленного развития (а во многих случаях и к снижению объемов производства), что, в свою очередь, вызывает негативные процессы в бюджетной сфере и, как следствие, в социальной.

В сложившихся условиях приоритетную значимость приобретают внутренние ресурсы, которые возможно использовать для развития регионов и конкретных муниципальных образований. Правильная оценка потенциала территорий ведет к определению направлений развития, которые сочетают в себе оптимальное использование их ресурсов с максимально возможным в текущих условиях эффектом.

Поскольку потенциал Костромской области может рассматриваться как крайне низкий – отсутствие значимых полезных ископаемых, транспортных путей и других его составляющих (вывод сделан на основании результатов анализа, проведенного в [1]), то механизмы развития, апробированные на таком регионе, могут быть успешно использованы как в других регионах с низким потенциалом, так и в тех, которые обладают в достаточной степни одной или несколькими его составляющими.

К сожалению, вопросами развития регионов с пониженным потенциалом видные ученые и практики интересуются достаточно редко. Большинство из них разрабатывают вопросы развития территориальных образований-»локомотивов» роста [2, 3, 4], но при этом некоторые исследователи отмечают негативные последствия такого развития (например, [5]), проявляющегося в оттоке оставшихся ресурсов из неблагополучных территорий и дальнейшем нарастании их отставания.

В связи с изложенным выше, определение приоритетов развития регионов с ослабленной ресурсной базой приведет к постановке достижимых целей на средне и долгосрочную перспективу, а, следовательно, в случае действий, в том числе и с привлечением внешних ресурсов, будет способствовать выравниванию уровней жизни в субъектах РФ.

Начать описание потенциала развития Костромской области, необходимо с ограничений, налагаемых внутренней и внешней средой. Их можно назвать «негативным потенциалом», работая в дальнейшем над расширением их границ, где это возможно, а также предлагая направления развития, лежащие вне зоны ограничений.

Анализ значительной части препятствий, стоящих на пути социально-экономического развития региона, проведен в предшествующих публикациях автора [1, 6]. В данной статье необходимо поставить акценты на наиболее значимых негативных факторах, не позволяющих области планомерно развиваться.

Одним из самых существенных ограничений развития региона можно назвать значительную текущую дифференциацию муниципалитетов по уровню социально-экономического развития. Обеспеченность социальными услугами в значительной степени зависит от бюджетной обеспеченности, а та, в свою очередь, от объемов собираемых на территории муниципалитета налогов, поскольку сегодня основную часть поступлений в бюджеты (за исключением в некоторых случаях поддержки из вышестоящих бюджетов) составляют налоговые доходы.

Необходимо отметить, что общедоступная статистическая информация наличествует только относительно развития отдельных сфер городских округов и муниципальных районов Костромской области. Это обуславливает выбор анализируемых показателей и порядок их рассмотрения.

Из материалов, представленных в таблице 1, следует, что из 30 городских округов и муниципальных районов в 15 проживает менее 10 000 человек, еще в 10 этот показатель колеблется между 10 000 и 20 000 человек. В оставшихся 5 муниципалитетах численность населения превышает 20 000 человек, но в 4 из них (исключая г. Кострома) проживает менее 50 000 человек. Во всех рассмотренных муниципальных образованиях присутствует негативная демографическая динамика, только в г. Кострома и Костромском районе фиксируется общий прирост населения, но обусловлен он в основном миграцией из других муниципалитетов, поскольку в региональной столице и окружающем ее районе сконцентрированы рабочие места, социальная инфраструктура и иные блага, необходимые современному человеку. В тоже время, практически во всех муниципальных образованиях, включая г. Кострома, наблюдается естественная убыль населения, а возникающее иногда превышение количества родившихся над количеством умерших носит непостоянный и краткосрочный характер.

 

Таблица 1. Демографическая ситуация в Костромской области

МО

Изменения

Численность на 01.01.2016

Динамика 2012-2016

2012

2013

2014

2015

г. Кострома

2183

1937

2708

594

276691

2,76%

г. Буй

-383

-265

-216

-220

24097

-4,30%

г. Волгореченск

-164

-100

36

-106

16706

-1,96%

г. Галич

-149

109

-65

56

16927

-0,29%

г. Мантурово

-428

-299

-323

-265

15804

-7,68%

г. Шарья

15

9

24

-63

36677

-0,04%

Антроповский район

-230

-231

-312

-118

5988

-12,95%

Буйский район

-177

-281

-251

-265

10529

-8,47%

Вохомский район

-379

-441

-362

-185

8384

-14,02%

Галичский район

-192

-227

-157

-196

7655

-9,16%

Кадыйский район

-217

-186

-110

-83

7490

-7,37%

Кологивский район

-218

-221

-173

-39

5641

-10,35%

Костромской район

836

1023

176

539

47829

5,69%

Красносельский район

184

-60

4

-131

18089

-0,02%

Макарьевский район

-478

-460

-414

-327

13802

-10,85%

Мантуровский район

-152

-161

-122

-113

4191

-11,56%

Межевской район

-168

-113

-117

-122

3767

-12,13%

г. Нея и Нейский район

-370

-292

-240

-258

12643

-8,40%

г. Нерехта и Нерехтский район

-210

-250

-267

-289

32890

-3,00%

Октябрьский район

-156

-104

-107

-110

4234

-10,13%

Островский район

-333

-203

-138

-163

11490

-6,79%

Павинский район

-131

-185

-236

-108

4256

-13,43%

Парфеньевский район

-103

-107

-119

-137

5777

-7,46%

Поназыревский район

-287

-276

-162

-132

7320

-10,48%

Пыщугский район

-102

-109

-167

-107

4568

-9,60%

Солигаличский район

-276

-156

-243

-127

9160

-8,05%

Судиславский район

-98

-198

-173

49

12504

-3,25%

Сусанинский район

-173

-92

-101

-117

7009

-6,45%

Чухломский район

-275

-279

-162

-237

10135

-8,59%

Шарьинский район

-227

-299

-210

-158

9197

-8,86%

Костромская область

-2858

-2517

-1999

-2938

651450

-1,56%

Составлено автором  по [7, 8, 9, 10]

 

Основным результатом дифференциации уровней развития муниципалитетов является переток населения в города, а оттуда – за пределы области. Это выражается в том, что численность населения отдаленных от региональной столицы северо-западных районов снижается сверхбыстрыми темпами (более 10% за 5 лет), немного лучше ситуация в остальных районах и городе Мантурово (от 5 до 10% за тот же период). Убыль менее 5% зафиксирована в остальных городских округах и Красносельском районе, а прибывает население, как было сказано выше, только в г. Кострома и Костромском районе. При этом в г. Галич, г. Шарья и Красносельском районе убыль населения за 5 лет оставила менее 0,3%, что говорит о возможности достаточно быстрого преодоления негативных демографических тенденций в случае проведения органами управления активной социальной и экономической политики.

В большинстве городских округов население в значительной степени сокращается из-за естественных причин, в то время как в муниципальных районах убыль населения обеспечивается в большей степени миграционными потоками, вымывающими молодежь и трудоспособное население. Необходимо также учесть, что поскольку в города переезжают в основном жители из районов, а этот ресурс восполнения городского населения имеет тенденцию к сокращению, то в скором времени, без реализации мер, направленных на социально-экономическое развитие, естественная убыль и там будет усилена миграционным оттоком не подкрепленным притоком.

Вследствие снижения численности и старения населения снижается численность работников организаций, что ведет к сокращению выпуска продукции в наиболее подверженных указанным процессам муниципалитетах и отраслях. Поскольку достоверной информации о занятости по полному кругу хозяйствующих субъектов (в том числе с учетом скрытых процессов) в разрезе муниципалитетов Костромской области нет, то анализ имеющихся данных неверно отразит текущую ситуацию.

Анализ структуры хозяйствующих субъектов по видам деятельности, при всем несовершенстве отнесения этих субъектов к конкретному виду деятельности, показывает не только экономическую активность населения того или иного муниципального образования, но и относительную обеспеченность его рабочими местами, основными товарами и услугами. Для проведения более подробного анализа были выбраны 7 видов деятельности в которых работает около ¾ всех хозяйствующих субъектов региона.

Представленные в таблице 2 показатели демографии хозяйствующих субъектов, позволяют сделать следующие основные выводы:

 

Таблица 2 -  Распределение организаций и индивидуальных предпринимателей по основным видам экономической деятельности на 01.01.2016

1.jpg 

 

  • количество хозяйствующих субъектов, приходящихся на 1000 жителей, отличается между самым обеспеченным муниципалитетом (г. Кострома) и самым необеспеченным (Поназыревский район) почти в 2,5 раза, а, если учесть, что в крупных населенных пунктах, каковых нет в большинстве районов Костромской области, работают крупные предприятия, обеспечивающие занятость большого количества населения, то становятся понятны мотивы и направления трудовой миграции активной части населения;
  • в среднем более 1/3 хозяйствующих субъектов действуют в сфере торговли, но и здесь возникают диспропорции: в городских округах, при том, что услугами одной торговой точки может пользоваться бо́льшее количество покупателей, больше площади объектов торговли и шире ассортимент, а развивающиеся там крупные торговые сети, выступают как единые организации (учитываемые как 1 хозяйствующий субъект), обеспеченность организациями торговли существенно выше, чем в муниципальных районах (в г. Кострома в 4 раза больше торговых хозяйствующих субъектов на 1000 человек населения, чем в Кадыйском районе);
  • доля города Костромы, при том, что в нем сосредоточено 42,5% населения области, составляет около половины всех индивидуальных предпринимателей области и более 60% организаций, а поскольку это городской округ, невелика доля хозяйствующих субъектов сфер сельское хозяйство и обработка древесины (при этом на территории города расположены производственные мощности одного из крупнейших деревообрабатывающих предприятий), но очень значительны доли субъектов в таких отраслях как строительство, торговля, транспорт и связь, операции с недвижимостью, что выдвигает проблему обеспеченности соответствующими услугами жителей других муниципалитетов региона;
  • из отраслей сферы «Обрабатывающие производства», выделены обработка древесины и производство пищевых продуктов поскольку именно в них наблюдается наибольшая предпринимательская активность, а общие цифры не позволяют верно оценить сложившуюся ситуацию, к тому же наиболее популярные направления развития бизнеса позволяют еще раз уточнить наиболее перспективные направления развития регионального хозяйства и получения ресурсов для социального развития.

Данные об объемах производства промышленной и сельскохозяйственной продукции также не могут быть подвергнуты анализу по следующим причинам: информация собрана только от организаций, а в некоторых видах деятельности значительную долю продукции выпускают индивидуальные предприниматели и частные хозяйства, часть информации отнесена к коммерческой тайне и не представлена.

Несмотря на отсутствие данных о результатах работы индивидуальных предпринимателей, считаем необходимым привести здесь информацию о таком виде деятельности, как «лесозаготовки», поскольку лесная отрасль является ключом к будущему благосостоянию региона. Подавляющее большинство стабильно работающих лесозаготовительных организаций сконцентрировано к востоку и северо-востоку от географического центра Костромской области, в Мантуровском, Межевском, Нейском, Пыщугском и Шарьинском районах [7, с. 46]. При этом 4 северо-восточных района, также имеющие значительные запасы лесных богатств, пока недостаточно охвачены лесозаготовительной деятельностью. Нахождение основных потребителей и экспортеров в юго-западном (г. Москва) и западном (г. Санкт-Петербург) направлениях дает направления транспортировки и расположение пунктов логистики и переработки по всей территории области.

Общие показатели строительной деятельности крайне нестабильны, поскольку зависят от реализации крупных инвестиционных проектов, а отсутствие данных о таковой деятельности субъектов малого предпринимательства не позволяет использовать их для оценки ситуации. Поэтому следующим достаточно достоверным показателем является «ввод в действие жилых домов» (таблица 3), который фиксируется по результатам государственной регистрации.

От половины до ¾ объема данного показателя дает г. Кострома, что логично вытекает из складывающейся демографической ситуации и направлений миграционных потоков. В последние годы существенно возросла доля Костромского района, который становится местом жительства не только прибывающих из других районов области, но и городского «среднего класса», для которого транспортная проблема не является решающей, а требования к уровню жизни дополняются «экологической» составляющей.

 

Таблица 3 -  Ввод в действие жилых домов (кв. м)

2.jpg

 

Отсутствие стабильности в изменениях показателя объясняется как негативными явлениями в экономике (воздействующими на жилищное строительство с временным лагом, что связано со строительным циклом), так и активностью крупных игроков рынка, которая также зависит от наличия свободных строительных площадок, появление которых зачастую требует реализации достаточно сложных процедур внесения изменений в градостроительную документацию.

Логичным является и вывод о том, что в районах, где присутствует особенно негативная демографическая динамика (Антроповский, Вохомский, Кологривский, Мантуровский, Межевской, Октябрьский, Павинский, Поназыревский), подкрепленная низкой деловой активностью, объемы жилищного строительства будут крайне низки. В то же время, в сельской местности существенно упрощены согласовательные процедуры, дешевле строительные материалы и рабочая сила, что указывает на значительный нереализуемый потенциал строительной отрасли, который при необходимости может быть востребован.

Анализ показателей транспорта, торговли, общественного питания, услуг, оказанных населению, а также информации о финансах организаций и инвестициях также не дает правильной картины по причинам учета результатов только крупных организаций, каковых в регионе немного, и значительной доли закрытой информации, не находящей прямого отражения в статистических материалах.

К ограничениям также можно отнести сложившиеся тенденции развития социальной сферы, прежде всего образования и здравоохранения, динамика которых на уровне Костромской области уже была подвергнута анализу [6]. Несмотря на отсутствие данных по многим показателям в разрезе муниципалитетов, можно с высокой долей уверенности утверждать, что в районах с максимальными значениями убыли населения социальная сфера не получает должного развития. Но применительно к оценке ограничений и потенциала региона нас особенно интересуют тенденции развития начального, среднего и высшего профессионального образования. Кроме указанных ранее [6] тенденций к сокращению количества обучающихся в учреждениях начального и среднего профессионального образования, что в значительной степени объясняется демографической ситуацией, необходимо отметить следующее:

  • сокращается число учреждений начального профессионального образования (часть из которых переходит в сферу среднего, но другая часть закрывается), а эти учреждения были более равномерно распределены по территории области, чем учреждения других уровней;
  • во многих учреждениях, вне зависимости от уровня и начальной отраслевой ориентации, открыты экономические и юридические направления обучения, что больше воздействует на родителей абитуриентов, считающих эти специальности престижными, и сегодня слабо связано с дальнейшим трудоустройством, в то же время утрачивается потенциал воспитания «человека труда»;
  • в высших учебных заведениях, сконцентрированных в областном центре, растет доля получающих образование в заочной форме, что также ведет к снижению его качества.

Указанные тенденции не являются необратимыми, что составляет значимую часть потенциала региона – в случае развития «на местах» образования по востребованным там профессиям из реального сектора экономики, возможно ускоренное восстановление образовательного потенциала, особенно если будет преодолен дисбаланс между оплатой труда офисных и производственных работников в пользу последних.

Для оценки «позитивного» потенциала развития Костромской области необходимо, с учетом результатов анализа, проведенного ранее [1, 6], определить приоритетные направления приложения усилий органов власти, населения и других участников жизнедеятельности региона. Как показывают данные статистических наблюдений (таблица 4), достаточно стабильно в области развиваются такие виды деятельности, как торговля и операции с недвижимым имуществом. Но данные виды практически не участвуют в создании регионального богатства, не являются существенными реципиентами занятости, а их сосредоточенность в крупных населенных пунктах не позволяет говорить об их существенном влиянии на уровень социально-экономического развития региона в целом. В случае с торговой деятельностью, это влияние можно назвать отрицательным, поскольку создаются крайне дифференцированные условия проживания в больших и малых населенных пунктах за счет ее развития преимущественно в первых.

 

Таблица 4 - Структура валового регионального продукта по видам экономической деятельности (в процентах к итогу)

 

2004

2005

2006

2007

2008

2009

2010

2011

2012

2013

Валовой региональный продукт

100

100

100

100

100

100

100

100

100

100

в том числе по видам экономической деятельности:

                   

сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство

18,1

16,9

16,2

11,4

10,9

11,8

10,5

10,8

9,8

8,7

рыболовство, рыбоводство

0,0

0,0

0,0

0,0

0,0

0,0

0,0

0,0

0,0

0,0

добыча полезных ископаемых

0,1

0,1

0,1

0,1

0,1

0,1

0,1

0,1

0,1

0,1

обрабатывающие производства

18,6

21,3

22,2

28,3

28,3

20,6

23,1

24,2

24,2

24,2

производство и распределение электроэнергии, газа и воды

10,1

10,1

9,2

9,0

8,8

10,0

9,4

9,2

8,5

8,6

строительство

9,2

12,2

7,8

4,9

5,3

4,6

4,8

4,0

4,3

4,7

оптовая и розничная торговля; ремонт автотранспортных средств, мотоциклов, бытовых изделий и предметов личного пользования

12,2

10,3

10,1

11,5

11,7

13,2

16,6

16,1

17,4

17,5

гостиницы и рестораны

0,5

0,4

0,8

0,9

0,9

1,0

0,9

1,0

0,9

1,0

транспорт и связь

11,0

9,4

10,0

10,2

10,1

10,3

9,5

8,4

7,7

7,1

финансовая деятельность

0,0

0,0

0,0

-

-

0,4

0,5

0,4

0,4

0,3

операции с недвижимым имуществом, аренда и предоставление услуг

3,3

3,6

5,3

4,9

5,3

5,3

5,3

7,2

7,2

7,3

государственное управление и обеспечение военной безопасности; социальное страхование

7,0

6,0

8,3

8,7

9,2

10,7

8,9

8,7

9,6

9,6

образование

4,1

4,2

4,3

4,4

3,8

4,7

4,3

4,2

4,2

4,6

здравоохранение и предоставление социальных услуг

4,3

4,1

4,4

4,5

4,5

5,8

4,8

4,5

4,4

4,9

предоставление прочих коммунальных, социальных и персональных услуг

1,5

1,4

1,3

1,2

1,1

1,5

1,3

1,2

1,3

1,4

деятельность домашних хозяйств

 

-

   

-

-

0,0

0,0

0,0

0,0

Cоставлено автором по [13, 14, 15, 16]

 

Доли остальных видов экономической деятельности либо стабильны (образование, здравоохранение), либо имеют тенденцию к снижению (строительство, транспорт и связь), либо столь незначительны, что их можно не принимать в расчет (гостиницы и рестораны, финансовая деятельность).

Необходимо отдельно рассмотреть такие виды деятельности, как сельское хозяйство и обрабатывающие производства. Это обусловлено тем, что они являются самыми значимыми реципиентами занятости, производят важную для региона и страны продукцию, способствуют привлечению финансовых ресурсов в экономику области, а их продукция занимает лидирующие места в структуре валового регионального продукта.

Несмотря на снижение доли сельского хозяйства более чем в 2 раза за 10 лет (с 18,1% в 2004 году до 8,7% в 2013 году), падение его натуральных показателей не столь значительно. К сожалению, в официальных статистических документах отсутствуют структурные и индексные показатели, характеризующие развитие сельскохозяйственной деятельности также, как это сделано для обрабатывающих производств. Тем не менее, имеющиеся статистические данные позволяют сделать вывод, что снижение доли сельского хозяйства в валовом региональном продукте связано не столько с сокращением объемов производства, что тоже имеет место при росте в других видах деятельности, сколько с отставанием в темпах роста отпускных цен на производимую продукцию по сравнению с другими видами продукции и особенно услуг. Как известно, основная доля роста цен приходится на наценку, устанавливаемую предприятиями торговли, а сельхозтоваропроизводители существенно ограничены в маневрировании отпускными ценами, особенно в случаях, когда они не включены в вертикально интегрированные структуры «от поля до прилавка». А если добавить к сказанному значительное внимание, которое уделяют различные контролирующие органы ценам на продукты питания, то становятся понятны все основные факторы, препятствующие росту показателей отрасли.

По природно-климатическим условиям Костромская область относится к зоне рискового земледелия, но наличие сортов растений и видов животных, адаптированных к неблагоприятным факторам, а также успешные проекты, реализуемые в соседних (и даже с менее благоприятными условиями) регионах, позволяют говорить о низкой эффективности системы управления сельским хозяйством в области и поддержки сельхозтоваропроизводителей.

Для проведения полноценного анализа обрабатывающих производств необходимо рассмотреть несколько систем параметров, но первые выводы можно сделать уже на основании данных, представленных в таблице 4. Динамика доли этого вида деятельности обусловлена общеэкономическими тенденциями: рост с пиком 28,3% в 2007-2008 годах, происходивший в «тучные годы» сменяется кризисным спадом до 20,6% в 2009 году, затем показатель стабилизируется на отметке 24,2% в 2011-2013 годах, когда негативные и позитивные тенденции и факторы уравновешивали друг друга. Последнее особенно актуально для обрабатывающих производств, поскольку они имеют самую сложную структуру среди всех видов экономической деятельности, поэтому спад в одной из подотраслей может компенсироваться ростом в совершенно иной.

Об устойчивости той или иной отрасли промышленности к негативным воздействиям внешней среды можно судить по динамике индекса производства (таблица 5). Отрасли менее других подверженные влиянию негативных явлений и быстрее других восстанавливающиеся после пиков кризиса будут являться наиболее перспективными к развитию в Костромской области. Это особенно актуально в условиях продолжающихся кризисных явлений в мировой экономике.

 

Таблица 5 -  Индексы производства в Костромской области по видам экономической деятельности (в процентах (разах) к 1991г.)

 

2005

2006

2007

2008

2009

2010

2011

2012

2013

2014

Структура в 2014 г.

Промышленное производство

51,2

56,9

61,4

62,8

51,3

58,5

64,3

64,3

68,3

68,7

 

Добыча полезных ископаемых

6,9

7,9

10,3

14

6,1

7,5

11,9

6,6

7,2

8,8

0,21%

топливно-энергетических (торф)

19,7

18,6

19,2

7,6

22,2

25,4

27,3

20,0

8,5

12,7

0,03%

не топливно-энергетических

4,8

5,6

7,6

11,1

4,0

3,9

6,9

3,5

4,6

5,4

0,18%

Обрабатыва-ющие производства

52

59,6

65,6

67,3

53,4

62,2

70,0

70,0

73,9

74,2

73,29%

производство пищевых продуктов

47,8

51,3

50,3

48,4

47,0

52,5

48,3

54,7

50,4

48,5

6,38%

текстильное и швейное производство

35,2

40,1

40,8

36,9

22,6

39,3

34,6

32,6

33,1

30,1

1,56%

производство кожи, изделий из кожи и производство обуви

130,1

в1,8р.

131,1

121,5

127,8

201,6

150,5

167,6

213,0

224,4

0,12%

обработка древесины и производство изделий из
дерева

в1,7р.

в1,9р.

в1,9р.

в2,0р.

170,1

205,9

223,8

232,7

241,7

251,0

16,23%

целлюлозно-бумажное производство; издательская и полиграфическая деятельность

105,4

85,5

100,4

84,6

75,8

72,8

98,4

123,8

134,9

127,9

0,95%

химическое производство

6

7,1

7,9

8

7,7

5,5

6,4

4,8

5,9

5,8

2,02%

производство резиновых и пластмассовых изделий

в16,1р.

в26,0р.

в35,1р.

в40,2р.

3283,0

7007,0

8183,0

8330,0

9898,0

11664,0

1,17%

производство прочих неметаллических продуктов

50,2

51

61,7

52,6

36,9

46,7

54,1

54,1

61,5

70,2

2,58%

производство метал-лургическое и металлических изделий

93

150

в1,9р.

в1,7р.

178,1

200,3

211,5

178,1

178,1

177,1

7,66%

производство машин и оборудования

25,4

27,4

27

24,7

12,5

28,9

26,0

30,9

33,9

24,5

2,54%

производство электро-оборудования

89,6

134,6

137,2

108,4

87,3

81,3

102,3

108,4

123,4

147,6

2,91%

производство транспортных средств и оборудования

42,5

45,5

48,5

51,9

55,0

23,2

30,3

32,7

34,6

23,5

6,36%

прочие производства

79,2

90,7

128,4

в1,6р.

120,3

166,2

189,1

200,6

223,5

242,2

22,81%

Производство и распределение электроэнергии, газа и воды

67,8

70,7

72,2

72,9

64,8

68,7

71,9

74,3

74,3

78,9

26,50%

Составлено автором по  [13, 14, 17]

 

 

Значимым показателем анализа также является текущая доля отрасли в общем объеме регионального производства, поскольку отрасль может демонстрировать хорошую динамику, но, с учетом крайне незначительной базы, она не будет оказывать существенного воздействия на общие показатели развития промышленности и региона в целом. Это, в частности, можно сказать о такой отрасли, как «производство резиновых и пластмассовых изделий», объем выпуска в которой, за исключением снижения в 2004 и 2009 годах, показывал стабильный и многократный рост, но к 2014 году (увеличившись к показателю 1991 года в 116,6 раза) в структуре произведенной в регионе продукции занимал 1,17%.

Некоторые отрасли так и не вышли на дореформенные уровни производства, поэтому их можно исключить из рассмотрения. Другие, даже показав неплохие итоговые результаты, не имеют существенной доли в общих объемах производства (например, производство кожи и обуви, производство электрооборудования) или не показывают стабильного роста и существенно снижают выпуск продукции в кризисные периоды (например, указанные выше отрасли и производство металлических изделий). Последнее имеет место по причине отсутствия в Костромской области ресурсов, необходимых для осуществления деятельности в указанных отраслях, что определяет полную зависимость от внешних поставок. К тому же, основные клиенты предприятий этих отраслей часто также находятся далеко за пределами региона, следовательно, они в любой момент могут переключиться на поставщиков, предлагающих более выгодные условия, в том числе и за счет более близкого расположения.

Исходя из приведенных выше особенностей, указанные отрасли не могут являться надежным базисом развития Костромской области. Единственной отраслью, которая удовлетворяет всем требованиям, позволяющим считать ее потенциальным локомотивом роста, является «обработка древесины и производство изделий из дерева».

Эта отрасль превысила показатели 1991 года уже в 2002 году, далее последовал стабильный рост, прерванный 15-процентным падением в 2009 году, которое было восполнено и даже превзойдено в 2010 году (т.е. налицо быстрое восстановление), и далее последовал еще период стабильного роста, на котором не отразилась ни сложная внешнеэкономическая ситуация, ни снижение общего внутреннего спроса.

В ходе своего пореформенного развития лесопромышленный комплекс Костромской области завоевал лидирующее положение среди отраслей регионального хозяйства (16,23% в структуре производств), при том, что он не являлся лидером по этому показателю в 1991 году (третье место после машиностроения и легкой промышленности, уступая им в 1,6 и 1,5 раза соответственно). Таким образом «рынок» указывает на приоритеты развития. Даже в особенно трудные для экономики страны период (1995-1999 годы), индекс производства в лесопромышленном комплексе не был ниже 51% от дореформенного уровня, при том, что в машиностроении он падал до 21,7%, а в легкой промышленности – до 17,2%). Это еще раз подтверждает более высокую устойчивость комплекса к воздействию негативных внешних факторов.

Костромская область – одна из самых лесистых на европейской территории России, что, вместе с площадью, превосходящей аналогичный показатель практически всех регионов ЦФО, да и многих регионов, расположенных в других федеральных округах, соседствующих с ним, дает одни из самых значительных запасов лесных ресурсов. При большой площади Костромская область вытянута с юго-запада на северо-восток. Виды потенциала крайне неравномерно распределены по территории региона: на юго-западе концентрируются людские и энергетические ресурсы, а на северо-востоке – лесные. Для дальнейшего развития органы управления регионального уровня должны создать условия для выравнивания обеспеченности ресурсами, которых недостаточно в той или иной части региона, установив более жесткие связи с органами муниципального управления и направляя подконтрольные ресурсы и хозяйственную деятельность организаций в соответствии со стратегическими и плановыми документами.

Дополнительными преимуществами лесопромышленного комплекса Костромской области являются: близкое расположение к одному из основных рынков сбыта (г. Москва) и наличие основных видов грузового транспорта (железнодорожного, речного, автомобильного), а также то, что для поставок лесных ресурсов на рынки центральной и южной России из других северных и восточных регионов страны могут быть использованы не только транспортные возможности Костромской области, но и задействованы находящиеся на ее территории мощности по вторичной переработке лесосырья.

Необходимо также отметить, что в результате исследования, проведенного автором в составе коллектива ученых [18], на основе анализа статистических данных была подтверждена возможность создания полноценного кластера только на базе лесопромышленного комплекса Костромской области. Остальные отрасли региональной экономики сегодня основой кластеров служить не могут.

Общеизвестно, что «социально-ориентированные» виды потенциала можно развивать только на прочной экономической базе, основу которой составляют: реальное производство и обслуживающие его виды деятельности, включая прикладные научные исследования. Все это в виде разрозненных и недостаточно развитых компонентов уже сегодня присутствует в Костромской области, объединить и усилить которые можно направляя деятельность органов власти и подконтрольных им хозяйствующих субъектов. В свою очередь, производственная деятельность имеет в своей основе ресурсный потенциал территории размещения и окружающих территорий: северные и северо-восточные соседи региона также обладают значительными запасами лесных ресурсов, а западные и юго-западные могут предъявить устойчивый спрос на произведенную продукцию.

Исходя из изложенного выше, потенциал развития Костромской области в отраслевом разрезе сегодня сосредоточен в лесопромышленном комплексе, а в дальнейшем будет необходимо обратить приоритетное внимание на развитие отдельных подотраслей сельского хозяйства. Этот потенциал необходимо подкреплять вложением финансовых ресурсов в создание и развитие государственных и муниципальных предприятий, развитием социальной и иной инфраструктуры в местах их деятельности, а также осуществлением вложений в исследования и разработки, проводимые научными и учебными организациями. Смежными (частично использующими ресурсы основной отрасли) можно назвать промышленность строительных материалов и химическую промышленность (особенно производство удобрений). Их развитие будет вторичным эффектом развития базовой отрасли.

Исходя из изложенного выше можно сделать следующие выводы:

  • базовые виды потенциала не получили широкого развития в Костромской области, значения показателей, отражающих их состояние, находятся на низких уровнях, что выдвигает особенные требования к определению основных направлений развития региона, учитывающих наличие местных ресурсов, а это, в свою очередь, позволяет выявить приоритетные сферы деятельности органов регионального и муниципального управления;
  • к наиболее негативным факторам развития Костромской области можно отнести дифференциацию муниципалитетов по уровню социально-экономического развития, снижение численности населения, динамику и неравномерность распределения по территории хозяйствующих субъектов, диспропорции в развитии жилищного строительства, недофинансирование и диспропорции в образовании и здравоохранении. Часть представленных тенденций может быть в кратчайшие сроки преодолена при условии эффективного комплексного и отраслевого воздействия со стороны органов управления. Для этого указанным органам необходимо определить территории, являющиеся лидерами и аутсайдерами по основным показателям, вкладывать государственные и муниципальные ресурсы в развитие наименее развитых сфер территориальных образований, создавая комфортные условия жизни населения;
  • позитивными факторами регионального развития могут быть названы: неиспользуемый потенциал сельского хозяйства, наличие ресурсной базы лесопромышленного комплекса, с учетом транспортно-логистической и перерабатывающей составляющих, перспективных смежных отраслей. Именно на развитие указанных сфер, и, в первую очередь, лесопромышленного комплекса, требуется направить все усилия и ресурсы органов управления. Исследования, проведенные автором, показывают, что оптимальным инструментом развития лесной промышленности Костромской области является создание (возможно, на базе одного из уже действующих предприятий) хозяйствующего субъекта с государственным и муниципальным участием, в сферу деятельности которого входит полный спектр действий: от селекции и посадки лесов до производства продукции деревообработки с высокой добавленной стоимостью;
  • для внедрения указанных изменений, органы государственного и муниципального управления переносят акценты своей деятельности на активизацию использования наличных ресурсов в интересах населения, что, по нашему мнению, влечет за собой отказ от развития «точек роста» и гармонизацию уровня развития на всей территории региона с целью создать достойные условия жизни населения в местах проживания, а не вынуждать его искать лучшие места для жизни. Одним из ключевых инструментов такого развития служит некоммерческая концессия, теоретические основы которой определены автором в предшествующих работах [19, 20, 21];
  • механизмы развития, с успехом примененные в таком субъекте Российской Федерации, как Костромская область, могут в дальнейшем быть использованы для акселерации развития других регионов страны.

Литература

1. Орлов Е.В. Анализ ресурсного потенциала Костромской области // Региональная экономика: теория и практика. 2014. № 34. С. 33-48.

2. Раевский С.В. Формирование и развитие точек роста в промышленном регионе: монография. М.: Экономическое образование, 2015. 177 с.

3. Савельева М.В. Управление развитием конкурентных преимуществ регионов – «локомотивов роста»: монография.  М: МАКСПресс, 2013.  317 с.

4. Лаврикова Ю.Г., Большаков А.Л. Методика идентификации «полюсов конкурентоспособности» на территории России // Экономический анализ: теория и практика. 2016. № 8. С. 55-64.

5. Каткова М.А. Институциональные аспекты регионального стратегического планирования // Вестник Саратовского государственного социально-экономического университета. 2012. № 1. С. 26-29.

6. Орлов Е.В. Определение проблемного поля деятельности органов управления Костромской области на основе анализа динамики ее социально-экономического развития // Региональная экономика: теория и практика. 2014. № 33. С. 21-34.

7. Экономическое положение городских округов и муниципальных районов Костромской области в 2015 году: стат. бюл. Кострома: Тер. орган Федеральной службы гос. статистики по Костромской обл. (Костромастат), 2016.  72 с.

8. Экономическое положение городских округов и муниципальных районов Костромской области в 2014 году: стат. бюл. Кострома: Тер. орган Федеральной службы гос. статистики по Костромской обл. (Костромастат), 2015. 72 с.

9. Экономическое положение городских округов и муниципальных районов Костромской области в 2013 году: стат. бюл. Кострома: Тер. орган Федеральной службы гос. статистики по Костромской обл. (Костромастат), 2014. 71 с.

10. База данных показателей муниципальных образований [электронный ресурс]. URL: http://www.gks.ru/dbscripts/munst/munst34/DBInet.cgi (дата обращения 12.10.2016).

11. Городские округа и муниципальные районы Костромской области: стат. сб. Кострома: Тер. орган Федеральной службы гос. статистики по Костромской обл. (Костромастат), 2015.  196 с.

12. Городские округа и муниципальные районы Костромской области: стат. сб.  Кострома: Тер. орган Федеральной службы гос. статистики по Костромской обл. (Костромастат), 2013. 201 с.

13. Костромская область. Статистический ежегодник. В двух томах. Том 2: стат.сб. Кострома: Тер. орган Федеральной службы гос. статистики по Костромской обл. (Костромастат), 2015. 289 с.

14. Костромская область. Статистический ежегодник: стат.сб. Кострома: Тер. орган Федеральной службы гос. статистики по Костромской обл. (Костромастат), 2013.  468 с.

15. Костромская область. Статистический ежегодник: стат.сб. Кострома: Тер. орган Федеральной службы гос. статистики по Костромской обл. (Костромастат), 2012.  457 с.

16. Костромская область. Статистический ежегодник: стат.сб. Кострома: Тер. орган Федеральной службы гос. статистики по Костромской обл. (Костромастат), 2010.  450 с.

17. Статистический ежегодник «Костромская область 2008»: стат. сб. Кострома: Тер. орган Федеральной службы гос. статистики по Костромской обл. (Костромастат), 2009. 438 с.

18. Мамон Н.В., Орлов Е.В., Калинина Е.В. Определение потенциала и формирование региональных промышленных кластеров // Региональная экономика: теория и практика. 2014.  № 16. С. 7-20.

Bibliography

1. Orlov E.V. Analysis of resource potential of the Kostroma region // Regionalnaya ekonomika: teoriya i praktika. 2014. № 34. P. 33-48.

2. Rayevsky S.V. Formation and development of growth points in the industrial region: monograph. M.: Economic education, 2015. 177 p.

3. Savelyeva M.V. Development management of competitive advantages of regions - «engines of growth»: monograph.  M: MAKSPress, 2013.  317 p.

4. Lavrikova Yu.G, Bolshakov A.L. Identification technique of «poles of competitiveness» on the territory of Russia // Ekonomicheskiy analiz: teoriya i praktika. 2016. № 8. P. 55-64.

5. Katkova M.A. Institutional aspects of regional strategic planning // Vestnik of the Saratov State Socio-Economic University. 2012. № 1. P. 26-29.

6. Orlov E.V. Defining the problem field of the Kostroma regional bodies of power activity on the basis of analysis of its socio-economic development dynamics // Regionalnaya ekonomika: teoriya i praktika. 2014. № 33. P. 21-34.

7. The economic status of urban and municipal districts of the Kostroma region in 2015: stat. bull. Kostroma: Ter. body of the Federal Service of State Statistics in the Kostroma region. (Kostromastat), 2016. 72 p.

8. The economic status of urban and municipal districts of the Kostroma region in 2014: stat. bull. Kostroma: Ter. body of the Federal Service of State Statistics in the Kostroma region. (Kostromastat), 2015. 72 p.

9. The economic status of urban and municipal districts of the Kostroma region in 2013: stat. bull. Kostroma: Ter. body of the Federal Service of State Statistics in the Kostroma region. (Kostromastat), 2014. 71 p.

10. Database of performance indicators of municipalities [e-resource]. URL: http://www.gks.ru/dbscripts/munst/munst34/DBInet.cgi (date of reference 12.10.2016).

11.Urban districts and municipalities of the Kostroma region: stat. book Kostroma: Territorial body of the Federal Service of State Statistics in the Kostroma region. (Kostromastat), 2015. 196 p.

 12. Urban districts and municipalities of the Kostroma region: stat. book Kostroma: Territorial body of the Federal Service of State Statistics in the Kostroma region. (Kostromastat),  2013. 201 с.

13. The Kostroma region. Statistical Yearbook. In two volumes. V.2: stat. bull. Kostroma: Ter. body of the Federal Service of State Statistics in the Kostroma region. (Kostromastat), 2015. 289 p.

14. The Kostroma region. Statistical Yearbook: stat. book Kostroma: Territorial body of the Federal Service of State Statistics in the Kostroma region. (Kostromastat), 2013.  468 p.

15. The Kostroma region. Statistical Yearbook: stat. book Kostroma: Territorial body of the Federal Service of State Statistics in the Kostroma region. (Kostromastat),2012.  457 p.

16. The Kostroma region. Statistical Yearbook: stat. book Kostroma: Territorial body of the Federal Service of State Statistics in the Kostroma region. (Kostromastat), 2010.  450 p.

17. Statistical Yearbook “The Kostroma region”: stat. book Kostroma: Territorial body of the Federal Service of State Statistics in the Kostroma region. (Kostromastat), 2009. 438 p.

18. Mamon N.V., Orlov E.V., Kalinina E.V.  Capacity identification and regional industrial clusters formation // Regionalnaya ekonomika: teoriya i praktika.  2014. № 16. P. 7-20.

Orlov E.V.

Capacity and elaboration assessment of main directions of the Kostroma region development

Purpose. Definition of priorities in the development of the Russian Federation, not with substantial resource potential, allows you to identify the mechanisms that can be used for positive changes in the situation in the regions caught in similar circumstances, as well as those whose capacity is reinforced by the presence of one or a few key resources.

Methods. The author conducted an analysis of demographic trends, enterprise development, housing, structures of gross regional product and the dynamics of the basic branches of production activities; identified disparities in the development of basic spheres of life of the population in the municipalities of the region.

Results. The main result of the study can be described as a definition of the priority directions for development of the Kostroma region, first, the timber industry. The author laid the foundation for understanding that «scattering” of scarce existing resources does not lead to positive results, and their concentration on development priorities is necessary.

Conclusions. In the current socio-economic conditions the regions with weak resource potential need to concentrate efforts on the development of priority sectors, and specifically through the establishment of public and municipal enterprise, and later, after the accumulation of resources to embark on the development of social sphere and infrastructure.

Key words: analysis of trendsmunicipalitydirections of developmentregion.
  • Государственное регулирование экономики


Яндекс.Метрика