Идея государственного суверенитета: долгий путь и национальные интересы России

Антошин В.А.

УДК 34с
ББК 67.400.51

В статье представлена идея государственного суверенитета, которая в процессе своего развития в рамках различного рода теорий и доктрин прошла долгий путь. Исследуются современные интерпретации теории государственного суверенитета. Обращается внимание на общественный резонанс проблем независимости автономного края Косово и характеризуется российская позиция в вопросе урегулирования проблемы. Дается анализ российскому варианту государственного суверенитета на фоне стабилизации ситуации и развития институтов власти.

Ключевые слова: глобализацияидея конкурентоспособности государственного суверенитетамиропорядокнациональные проблемынациональный суверенитетсуверенитетцентрализованное управление.

Идея суверенитета прошла долгий и сложный путь развития, включа­ющий в себя и обоснование в рам­ках естественно-правовых взглядов народного суверенитета (Г. Гроций, Ж.-Ж. Руссо), и доктрину всемогу­щества парламента (Г. Блекстон, А. Дайси), и гегелевский суверени­тет-абсолют. В современную эпоху наряду с государственным суверени­тетом, рассматриваемым как один из ключевых институтов международ­ного правопорядка (суверенное го­сударство, отмечал видный юрист-международник А. Фердросс, это «полностью самоуправляющееся и поэтому независимое сообщество» [1, с. 26 ]), принято выделять народный суве­ренитет (право народа самостоятельно решать свою судьбу, определять основные направления по­литики, контролировать деятель­ность государственных органов) и национальный суверенитет (свобод­ное выражение волеизъявления народа или нации в процессе реа­лизации права на самоопределение). Материальной основой государст­венного суверенитета является об­ладание территорией, собствен­ностью, определенным культурным достоянием. Еще К. Маркс подметил такую связь: «Государство здесь – верховный собственник земли. Суверенитет здесь – зе­мельная собственность, сконцент­рированная в национальном масш­табе». Писал он о странах Древнего Вос­тока [2, с. 263]. Политико-правовая ос­нова состоит в стабильности госу­дарственности, развитости (в час­тности, конституционном оформле­нии) структуры власти, в призна­нии суверенитета Уставом ООН и другими основополагающими доку­ментами международного права.

Однако миропорядок прошлого с его механизмами и институтами в целом демократичного междуна­родного общения постепенно уходит в прошлое, а сам принцип суверенитета подвергается глубокой эрозии. Растет число экспертов и специалистов, упорно доби­вающихся под предлогом «вызовов глобализации, сдерживания «государств-изгоев» видоизменить понятие суверенитета, а то и полностью отказаться от этого «пережитка вестфальской эры» [3].

Глобализация и интеграция, рост авторитета и влияния международных институтов, распад ряда суверен­ных государств, образование новых, подчас квази-государств, в последние десятилетия подталкивают к различному толкованию понятия «суверенитет», к утверждениям о том, что «он отжил свое», и даже о его «вредности» для сохранения мира и стабильности. Все настойчивее утверждается тезис,что новые вызовы и угрозы (например, международный терроризм, экологические, техногенные бедствия) требуют вмешатель­ства мирового сообщества во внутренние дела отдель­ных государств, которые можно отнести к источникам новых угроз.

Многие авторы предрекают закат государственного суверенитета, вынужденного «делиться» своими полномочиями с международными структурами, неправительственными организациями, бизнес-сообществом и др. Высказывается мнение о необходимости создания своего рода всемирной системы «сдержек и противовесов», призванной определять правила пове­дения, дополняя и заменяя международные договоры и вообще добровольно принимаемые государствами на себя обязательства. Некоторые российские исследо­ватели справедливо отмечают, что к сегодняшнему дню «теоретические споры вокруг проблемы суверенитета давно уже стали ключевым инструментом политического противоборства».

Следует отметить еще одну тенденцию: на фонде сокращения объема национального суверенитета наблюдается бурный рост национализма, выражающийся в стремлении даже самых малых народов обрести собственный суверенитет. Объяснение причин современного сепаратизма, к которому мы пришли, на первый взгляд, может показаться парадоксальным: национализм усиливается потому, что ослабевают государства как системы. Но это только на первый взгляд. Никакого парадокса здесь нет. Нации – это не вечные сущности, а этнополитические общности, складывающиеся чаще всего именно в рамках государств. При одних условиях их сплоченность и однородность усиливаются, при других, напротив, ослабевают. Поэтому формирование надгосударственных системы в ХХ в. шло параллельно с разрушением не только колониальных империй, но и ряда старых и вновь возникших государств, особенно многонациональных, среды которых были даже, казалось бы, весьма устойчивые (Австро-Венгрия), позднее – СССР). Подобное разрушение, хотя и весьма болезненное, играет и позитивную роль, облегчая региональную и мировую интеграцию.

Очевидно, что национальные проблемы будут стоять весьма остро в разных регионах и странах еще на протяжении десятилетий. Между тем в мировом общественном мнении, хотя непоследовательно и с трудом, но все же формируется негативное отношение к злоупотреблению правом наций на самоопределение, которое превратилось в «опиум для народов» [4, с. 130]. Агрессивный национализм, раскалывающий государства и создающий угрозу мировому порядку, постепенно должен пойти на убыль. Подчеркнем, что речь идет не об исчезновении наций и национальных проблем и отношений из сферы высокой политики и жарких схваток в более спокойное русло, примерно так, как это случилось с христианством в большинстве стран Европы.

Большой общественный резонанс в наши дни вызвала проблема независимости автономного края Косово. Край получил многие атрибуты суверенного государства: флаг, герб, гимн и, что особенно важно, право на вхождение в международные организации, включая ООН, ЕС, НАТО. Власти Косово имеют пра­во заключать соглашения с другими государствами.

Косовская формула – это способ подчинить Европу Америке, а также попытка инициировать дополнительные противоречия между Европой и Россией. Почему американцы заинтересованы в независимости Косово? Казалось бы, кроме военной базы, их ничего не интересует, тем более база уже построена. Но есть и еще причины. Предоставление независимости Косово может разморозить с таким трудом потушенные меж­национальные вооруженные столкновения на постсоветском пространстве – грузино-абхазские, грузино-осетинские, армяно-азербай­джанские, между Молда­вией и Приднестровьем. Россия не может платить та­кую цену за резолюцию, признающую косовский суверенитет [5].

Российская позиция состоит в том, что формула урегулирования проблемы Косово должна быть приемлемой для всех сторон конфликта и, безусловно, универсальной.

Как просматриваются на фоне этих тенденций проблемы российского государственного суверенитета? Обсуждая данный вопрос, отметим, что Запад вступил в по­стиндустриальную, постмодернизационную эру «сдвига в сторону но­вого типа глобальной общности, который очень слабо прослеживает­ся в России и где глобализация ре­ализуется скорее как рамка, фон, задающая общую тональность ее отдельной компоненте при слабо выраженной обратной связи от этой компоненты к целому» [6, с. 77–78].

Современная Россия, как пред­ставляется, вступает в эпоху «нового времени», то есть ту, с кото­рой развитые страны Запада расстаются. Поэтому закономерен ин­терес отечественных исследовате­лей, прежде всего юристов и по­литологов, к темам государственно­го суверенитета, вертикали влас­ти, конституции и конституциона­лизма.

Часто раздаются призывы: «На­зад к Локку, Гоббсу!», «На путь патриотизма, свободы, верности и национальной государственности», «Возвращение государства обратно» [7, с. 334]. Под этими лозунгами подра­зумевается примат права, который находит свое воплощение в либе­рально-демократических принци­пах власти и государственного ус­тройства (парламентаризм, разде­ление властей и др.).

Представляется, что российско­му варианту государственного суверенитета присущи основные чер­ты зрелого уровня Вестфальской модели. Россия небезболезненно переживает эрозию Ялтинско-Потсдамской системы международных отношений. Это определяется це­лым рядом причин, которые свя­заны как с современным периодом развития России, так и с ее исто­рией.

Для России на протяжении ряда веков было характерно стремление к иерархическому типу управле­ния, в отличие от демократическо­го управления, предполагающего сложные механизмы согласования интересов. Для России, как замеча­ет политолог Л. Шевцова, были ха­рактерны «нерасчлененность влас­ти – восприятие государства и общества как некой единой субстан­ции, наконец, понимание самой власти как чего-то неделимого и неструктурированного. Нерасчле­ненность упрощала саму конструкцию власти, которая в рамках унаследованных нами представлений рассматривалась как своеобразная иерархия, «вертикаль» с акцентом на подчиненности и субординации» [8, с. 486].

Стремление к централизо­ванному управлению достигло сво­его пика в Советском Союзе. На это обращает внимание Ф. Фукуяма, говоря о том, что именно индуст­риальная эпоха, эпоха паровоза, железных дорог, заводов сдела­ла возможным веберовское центра­лизованное государство, наиболее ярким примером которого являет­ся Советский Союз [9, р. 26]. Возможно, именно поэтому Советскому Со­юзу, в силу своей истории, масш­табов была близка система тех от­ношений, которые предполагали такое государство, которое обяза­но занимать ключевые позиции на международной арене. Подобное стремление свойственно и другим государствам. Отход от этой систе­мы для современной России оказы­вается непростым.

Это связано еще и с тем, что в течение последних 15 лет Россия переживала сложные времена, свя­занные с переходным периодом. Очевидно, что в любом государстве внутриполитическое, социальное, экономическое реформирование идет непросто. В России после бо­лее чем 10-летнего периода ре­форм множество проблем в эконо­мике, политической, общественной жизни, социальных отношениях не только не решены, но и усугуби­лись: финансовый кризис 1998 г., этнические конфликты, корруп­ция, инфляция, терроризм. Все эти негативные процессы развивались на фоне ослабления государствен­ной власти, что обусловлено как объективными причинами (либера­лизация экономики, децентрализа­ция власти, демократизация), так и субъективными (ошибки при про­ведении реформ, отсутствие кадровой политики и четких «правил игры» в отношении собственности и т.п. [10, с. 416]).

С удовлетворением можно кон­статировать, что в настоящее время Россия вошла в период стабилизации и развития. А имевшее место до недавнего времени уменьшение роли государства в жизнедея­тельности России породило в на­строениях населения, в обществен­ном мнении все более выраженную потребность в «наведении поряд­ка», укреплении государственной власти, усилении позиций на меж­дународной арене. По этой причи­не позитивно воспринимаются ре­шительные действия, в которых демонстрируется сила и независи­мость государства.

Особого внимания, на наш взгляд, заслуживает научная кон­цепция о «конкурентоспособной реализации государствен­ного суверенитета» [11, с. 394 – 395]. Представляется, что она имеет большое будущее и ее необходимо развивать дальше и глубже. Действительно, реализация государством суверенитета может быть как эффективной, так и неэффективной. Отечественная наука выделяет в понятии и содержании государственного суверенитета две стороны: формально-юридическую и фактическую (или материальную). Правовая форма государственного сувере­нитета не изменяется. Однако фактическая, или материальная, его форма переменчива. Она может меняться как в сторону расширения и углубления, так и в сторону выхолащивания и ограничения. Таким образом, материальная сторона государственного суверенитета является более подвижной и изменчивой. Реализация материальной стороны государственного суверенитета показывает, насколько конкурентно государство среди себе подобных. И своеобразный «естественный отбор» здесь неизбежен.

Эффективная реализация государственного суверенитета должна отвечать в полной мере национальным интересам государства. Межгосударственная конкуренция растет, соответственно, реализация суверенитета должна это учитывать и быть конкурентоспособной. Задача, вне всякого сомнения, носит комплексный и стратегический для безопасности России характер, требует концентрированно согласованных усилий законодательной и исполнительной власти, представителей и структур гражданского общества [12, с. 394].

Литература

  1. Фердросс А.Международное право. М., 1959.
  2. Маркс К., Энгельс Ф.: Соч. Т. 25. Ч. II. С. 354. Маркс же в качестве характерной черты суверенитета указывал на подчиняемость чьим-либо приказам, подчеркивал, что «две суверенные власти не могут одновременно функционировать в одном государстве» (см. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 5 С. 428; Т. 6).
  3. Кузьмин Э.Л.О государственном суверенитете в современном мире // Журнал российского права. – 2006. – № 3.
  4. Гринин Л.Е.Национальный суверенитет и процессы глобализации (вводные замечания). // Полис. – 2008. – № 1.
  5. Примаков Е.М.Три аргумента в пользу «ВЕТО» // Московские новости. 16 февраля 2007.
  6. Чешков М.А.Глобальный контекст постсоветской России. – И., 1999.
  7. Ильин И.А.О грядущей России: Избранные статьи. – М., 1993.
  8. Шевцова Л.Режим Бориса Ельцина. – М., 1999.
  9. Fukuyama F.Second Thoughts. The Last Man in a Bottle. 1999. The National Interest. Summer.
  10. Делягин М.Г.Россия после Путина. Неизбежна ли в России «оранжево-зеленая» революция? – М.: Вече, 2005.
  11. Лихачев В.Н.Россия и современный миропорядок. – И.: Вече, 2007.
  12. Лихачев В.Н.Россия и современный миропорядок. – И.: Вече, 2007.

Bibliography

  1. Ferdross A.International Right. M., 1959.
  2. Marks K., Engels F.Comp. Vol. 25. Part II. P.354. Marks pointed to submission to somebody’s orders as a typical feature of sovereignty, he emphasized that “two sovereign powers could not be in one state side by side.” (Marks K. and Engels F. Comp. Vol 5.p.428; Vol. 6).
  3. Kuzmin E.L. About state sovereignty in modern world. Zhurnal Rossiyskogo Prava. 2006. № 3.
  4. Grinin L.E.National Sovereignty and processes of globalization (Introductory notes) Polis. 2008. № 2008. № 1.
  5. Primakov E.M.Three arguments in favour of «Veto.» Moscow news. 2007. 16 February.
  6. Cheshkov M.A.Global Context of Postsoviet Russia. E. 1999.
  7. Ilian I.A.about Future Russia. Selected Articles. M. 1993.
  8. Shevsova L.Boris Elzin’s Regime. M. 1999.
  9. Fukuyama F.Second Thoughts. The National Interest. Summer.
  10. Delyagin M.G.Russia after Putin. Is“Orange – green revolution” in Russia inevitable. M. Veche, 2007.
  11. Lihachev V.N.Russia and modern world order. E. Veche, 2007.
  12. Lihachev V.N.Russia and modern world order. E. Veche, 2007.

Antoshin V.A.

The idea of state sovereign; the long way and national interests of russia

The article presents the idea of the sovereign state which in the process of it’s development in the limits of different theories and doctrines has gone a long way of development. Modern interpretation of theories of state sovereign are studied. Much attention is paid to public resonance of Kosovo independence problems and to the Russian position in the settlement of the problem. The Russian variant of the state sovereignty on the background of stabilization of the situation and development of authority institutions is analyzed.

Key words: globalisationidea of competition of state sovereigntyworld ordernational problemsnational sovereigntysovereigntycentral government.
  • Идеология и власть в современной России


Яндекс.Метрика