Специфика пространственно-временной обусловленности политического процесса

Балынская Н.Р.

К вопросу о временной и пространственной обусловленности политического процесса современная российская политическая наука обращается достаточно часто. Исследователи отмечают, что «политический процесс обладает пространственно-временной обусловленностью. Любое событие разворачивается в определенное время и в определенном месте физического пространства» . Это значит, что понятие «пространственно-временная обусловленность политического процесса» достаточно прочно вошло в политологический обиход. Это тем более важно, т.к. политология, относясь к наукам гуманитарным, не оперирует «точными» величинами, тогда как временные и пространственные характеристики взяты именно из разряда точных, естественных наук. И, тем не менее, временные ограничения и пространственные характеристики политического процесса требуют более тщательного изучения уже потому, что само понятие времени относительно.

На относительность времени указал еще Аристотель, который, пожалуй, впервые поднял вопрос о времени, его относительности и соотношении с воспринимающим само время: «Может возникнуть сомнение: будет ли в отсутствие души существовать время или нет? Ведь если не может существовать считающее, не может быть и считаемого, а следовательно, ясно, что [не может быть] и числа, так как число есть или сосчитанное, или считаемое. Если же ничему другому не присуща способность счета, кроме души и разума души, то без души не может существовать время, а разве [лишь] то, что есть как бы субстрат времени; например, если существует без души движение, а с движением связаны «прежде» и «после», они же и есть время, поскольку подлежат счету» .

Таким образом, если время относительно, значит и все процессы, протекающие в определенный отрезок времени, относительны. Как в таком случае дать объективную оценку всем происходящим в реальности процессам вообще и политическому – в частности?

Не многим яснее обстоит дело и с пространством политики. Если одни исследователи полагают, что политический процесс проистекает «в определенном месте физического пространства» , то другие не совсем с этим согласны. В качестве доказательства приводится следующий пример: «Предположим, что некое государство объявляет о намерении отправить войска в тот или иной регион, но вследствие развернувшейся в газетах, на телевидении, в Интернете кампании (того, что в ХIХ в. называли возмущением общественности) оно не реализуется. Понятно, что в данном случае физические тела военных не были остановлены в своем движении – они просто остались там, где пребывали ранее. Очевидно также, что авторы появившихся в СМИ материалов не обладали доступом к телам носителей властной компетенции. Тем не менее, свершилось политическое событие» . Этот пример заставляет задуматься и над самим понятием «политический процесс». Заметим: реального события, то есть перемещения во времени и пространстве, не произошло, имело место событие информационное, тем не менее, политический процесс получил импульс к развитию. Все это позволяет исследователям качественно иначе взглянуть на проблему пространственно-временной обусловленности политического процесса.

Временная обусловленность политического процесса не может быть исследована без обращения к самой категории времени. Не ставя своей целью рассматривать концепции времени, существующие в философии, констатируем: во-первых, человек наблюдает развитие Вселенной в определенный промежуток времени, а во-вторых, наблюдатель ограничен своим собственным субъективным восприятием. Мы полагаем, что эти обстоятельства позволяют нам рассматривать временную обусловленность политического процесса с традиционных позиций, то есть располагая политические события в системе координат: ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ и БУДУЩЕЕ (предполагаемое).

Однако для объективного исследования временной обусловленности любых процессов, в том числе и политических, необходимо в систему «прошлое – настоящее – будущее» ввести еще одну категорию – время ВООБРАЖАЕМОЕ, или«ВИРТУАЛЬНОЕ ВРЕМЯ». Проиллюстрируем его проявление несколькими примерами, доказывающими, что виртуальное время присуще всем процессам, как неполитического, так и политического порядка.

В соответствии с законами физики, существуют как огромные, так и предельно малые временные промежутки. К мегавременным промежуткам можно отнести возраст Вселенной, который оценивается в 15 миллиардов лет. К мини-величинам относятся величины, которые применяет современная физика для характеристики так называемой «квантовой пены», где не действуют никакие физические законы и ниже этого уровня перестают существовать пространство и время. Время в таком планковском масштабе составляет 10 в минус 43 степени секунды . Приведенные данные – время реальное. Однако сами по себе, вне субъекта, который воспринимает и оценивает приведенные цифры, эти временные характеристики ничего не значат. Но и для субъекта (в данном случае – человека) эти временные промежутки также не воспринимаются как раз в силу их мега- и микрозначений. Человек дает реальному времени другие характеристики, «переводя» его в свою собственную систему координат: «быстро – медленно», «длительно – коротко». Однако если субъект не в состоянии воспринять мега- и микровременные значения, это еще не означает, что он не имеет представления об этих величинах. Это представление и есть время виртуальное, существующее в сознании конкретного субъекта. Виртуальное время некоторые исследователи называют феноменологическим временем, противопоставляя его времени реальному, так как последнее выступает как время количественное, термодинамическое. Время феноменологическое и время реальное не просто несовместимы, но противопоставлены . Из этого следует, что время реальное существует параллельно времени виртуальному, а само виртуальное время можно определить как отражение времени реального в сознании субъекта с одновременным формированием отношения к событиям, расположенным в системе временных координат «прошлое – настоящее – будущее».

Если, как было показано выше, даже такие реальные события, как развитие Вселенной или сжатие времени в квантовую пену, воспринимаются субъектом через отношение, то временная цепь событий, порожденных самим субъектом, есть отношение в чистом виде.

Однако это не единственная характеристика времени, имеющая отношение к политическим процессам. Процесс, который позволяет начать отсчет времени, – это периодичность. И это непосредственно касается политических процессов. Вот как определял политический процесс «Краткий политический словарь» 1988 года: «Политический процесс состоит из ряда последовательно совершающихся (но всегда остающихся внутренне связанными друг с другом), циклически повторяющихся стадий: конструирования, образования политической системы, воспроизведения компонентов и признаков данной системы, принятия и исполнения политико-управленческих решений, контроля за функционированием и направлением развития политической системы» . Таким образом, цикличность как одна из характеристик временной обусловленности политического процесса очевидна. Это выводит нас на новый уровень рассуждений: временная характеристика, наравне с пространственной, есть «точная» характеристика политических процессов, но и она, как показывает цепь наших рассуждений, не является величиной объективной. В политических процессах временная характеристика носит информационный характер, т.к. виртуальное время формируется через отношение. Сопоставление характеристик политического процесса с характеристиками, заимствованными из точных наук, не только не противоречит логике исследования, но, напротив, помогает автору выстроить цепь своих дальнейших рассуждений. Время в процессах, воспринимаемых и создающихся людьми, не является объективным. Значение оно приобретает только тогда, когда начинает кем-то оцениваться. Восприятие и оценка – явления информационного порядка. Это означает, что временная обусловленность политического процесса исключает время реальное как невоспринимаемое, существующее параллельно человеческим отношениям. Таким образом, временная обусловленность политического процесса основана на времени виртуальном, формируемом субъектом, обращающимся к прошлому, настоящему, будущему.

То же можно сказать и о пространственной характеристике политического процесса. Пространство политики также является информационным продуктом. Политические действия могут происходить в отдельно взятом кабинете, однако их последствия способны оказать влияние на поведение людей, рассредоточенных на большой территории. Может происходить и обратный процесс: некие тенденции могут проявлять себя на территории всей страны, однако, не получив официального признания, озвучивания в органах власти, на страницах СМИ, они останутся проигнорированными. Речь идет о процессе произвольного сжатия либо расширения политического пространства. И этот процесс также имеет информационную природу, т.к. пространство политики также есть представление о том, какой масштаб имеет политическое событие.

Таким образом, сущность современной политики оказывается полностью информационной. Даже такие понятия, как пространство и время, заимствованные из точных наук и перенесенные в сферу политики, реализуются только в сфере информации.

Исследование особенностей, специфики пространственно-временной обусловленности процессов в политике видится весьма перспективным направлением, поскольку, с одной стороны, это открывает ряд возможностей в области практической политики: формирование стратегического планирования в области политических отношений, создание устойчивых имиджевых позиций власти на всех уровнях, от муниципального до государственного. Во-вторых, данная проблема представляет интерес и для дальнейшего теоретического исследования, поскольку требует совместных усилий специалистов разного профиля.

Литература

  1. Пушкарева Г.В. Политология: Конспект лекций. Изд. 2-е, перераб. и дополн. М.: АЙРИС-пресс, 2005. С. 162.

  2. Аристотель. Физика. Соч. в 4-х т. М., 1976. Т.3.

  3. Пушкарева Г.В. Политология: Конспект лекция. Изд. 2-е, перераб. и дополн. М.: АЙРИС-пресс, 2005. С. 162.

  4. Филиппов А.Ф. Пространство политических событий // ПОЛИС. 2005. №2. С. 6.

  5. Уиггинс А., Уинн Ч. Пять нерешенных проблем науки // Пер. с англ. А. Гарькавого. М.: ФАИР-ПРЕСС, 2005. С. 44.

  6. Карнаух В.К. Современная философия времени: основные тенденции // Современная философия как феномен культуры: исследовательские традиции и новации. Сборник материалов конференции, посвященной 30-летию кафедры современной зарубежной философии философского факультета С.-Петербургского ун-та. СПб., 2000.

  7. Краткий политический словарь. / Абаренков В.П., Аверкин А.Г., Агешин Ю.А. др. / Сост. и общ. ред. Л.А. Оникова, Н.В. Шилина. 5-е изд., доп. М.: Политиздат, 1988. С. 329.

  • Политология. Институциональные трансформации и логика повседневности в российской политике.


Яндекс.Метрика