В сложившихся политических реалиях современная Россия вынуждена создавать новые инновационные проекты, направленные на развитие и модернизацию стратегически важных сфер общественно-политической и экономической жизне­деятельности, в частности топливно-энерге­тичес­кого комплекса РФ.

Одним из таких уникальных проектов является нефтепроводная система «Восточная Сибирь – Тихий океан» (ВСТО), являющаяся приоритетным направлением в реализации энергетической стратегии России до 2020 года. Нефтепровод ВСТО предназначен для транспортировки нефти на российский Дальний Восток и на рынки Азиатско-Тихоокеанского региона.

Нефтепроводная система ВСТО является важным стратегическим проектом, в реализации которого заинтересованы многие субъекты: государство, нефтяные российские и зарубежные компании.

Таким образом, возникает глубокий научно-исследовательский интерес в выявлении и анализе специфических закономерностей складывающихся взаимоотношений между государством и бизнесом в процессе реализации строительства нефтепроводной системы ВСТО.

Представителями властных и частных структур, являющихся объектами исследования, являются:

• органы государственной исполнительной власти в России (федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти «нефтяных регионов» Восточной и Западной Сибири);
• промышленные группы и крупные нефтяные компании РФ, такие, как: ОАО «АК Транснефть» (российская государственная нефтепроводная монополия), НК «Роснефть», а также нефтяные компании субъектов РФ (НК «Сахатранснефтегаз»);
• нефтяные компании зарубежных стран, в частности, китайская промышленная нефтяная группа CNPC и японская нефтяная государственная корпорация «JOGMEC».

Автором статьи вводится допущение того, что выше перечисленные представители бизнеса и государственной власти образуют специализированное сетевое сообщество, возникающее в ходе реализации строительства и запуска нефтепроводной системы ВСТО.

Под специализированной сетевой структурой стоит понимать «устойчивую систему взаимодействия между заинтересованными лицами и организациями, связывающую в рамках определенной отрасли (нефтеотрасли. – Прим. авт.) многочисленных участников, обладающих разным статусом и ресурсами и взаимодействующих разными способами [1, с. 154]. Опираясь на классификацию, предложенную Д. Гавра [2, с. 61], признаками специализированного сетевого сообщества являются:

• наличие ограниченного круга субъектов;
• наличие организованной структуры управления;
• наличие формальных и неформальных норм и правил поведения, регулирующих поведение людей в рамках данного института;
• наличие у специализированного сетевого сообщества таких социально значимых функций, как:
  • создание возможностей для удовлетворения потребностей членов сетевого сообщества;
  • деятельность членов сообщества может привести к социально-экономическому росту слаборазвитых регионов Дальневосточной Сибири;
  • открытие для российской нефти огромного рынка Азиатско-Тихоокеанского региона и изменение энергетической карты континента.

Специализированное сетевое сообщество – уникальное социально-политическое явление, жизнедеятельность которого поддерживается на основе активного взаимодействия между членами данного сообщества.

По мнению автора, взаимодействие в специализированном сетевом сообществе ВСТО – система функционально выстроенных взаимоотношений, складывающихся на основе осуществления субъектами сообщества различных по характеру и по составу видов обмена с целью достижения личных целей и интересов.

Иными словами, взаимодействие в специализированном сетевом сообществе ВСТО – это совокупность последовательных, иерархически выстроенных различных видов обмена, осуществляемых субъектами сообщества. Выше сформулированную модель можно представить следующим образом:

Понятие обмена можно классифицировать по следующим основаниям:

• по количеству субъектного состава: на внутрисубъектный (1) и межсубъектный (2);
• по времени реализации актов межсубъектного обмена: на одновременный (О) и разновременный (Р).

1). Внутрисубъектный обмен представляет собой процесс внутреннего самообновления субъекта, выраженного в высвобождении неэффективно и нецелесообразно используемых ресурсов в несетевую (внешнюю) среду. Специализированное сетевое сообщество, функционирующее на основе постоянного и непрерывного ресурсного обмена, требует от своих субъектов наличия «привлекательных» ресурсов, необходимых для реализации целесообразного и эффективного обмена.

Примером внутрисубъектного обмена в ВСТО может послужить изменение состава совета директоров в НК «Транснефть» с момента начала строительства нефтепроводной системы [3]. В результате данной кадровой реорганизации административный состав компании резко изменился: в него стали входить руководители министерств и ведомств, функционирующих в сфере производства, распределения, транспортировки и потребления энергоресурсов.

2).Основной характеристикоймежсубъектного обмена является то, что он осуществляется между двумя субъектами специализированного сообщества.По времени совершения актов обмена межсубъектный обмен осуществляется одновременно и разновременно.

2.1. Одновременный (неотложенный) обмен предполагает осуществление взаимодействия одного субъекта сообщества с другим субъектом сразу же в режиме реального времени с явным требованием получения ресурса взамен.

Одновременный обмен является самой распространенной формой взаимодействия в сетевом сообществе. Ярким примером, демонстрирующим сетевой ресурсный обмен, является предоставление помощи ведомств и министерств Якутии в строительстве ВСТО в обмен на оказание содействия (помощи) «Транснефтью» Министерству ЖКХ и энергетики Якутии [4].

2.2 Разновременный (отложенный) обмен представляет собой осуществление взаимодействия одного субъекта сообщества с другим субъектом без явного требования получения ресурса взамен. Основной конечной целью разновременного обмена является заручиться поддержкой этого субъекта в будущем для приобретения «сетевого авторитета» – специфического административно-социального статуса в сообществе.

Одним из примеров разновременного обмена в ВСТО является предложение НК «Роснефть» ввести авансовую выплату экспортной пошлины, что позволило бы компаниям ориентироваться на текущую, а не на зафиксированную методикой расчета пошлин цену нефти [5, с. 2]. За данный информационный ресурс, адресованный правительству РФ и иным субъектам (российским нефтяным компаниям), компания не требует взамен финансового, материального и иного вознаграж­дения. Однако можно предположить, что «Роснефть» в лице других компаний значительно возросла и расценивается не только как экономический конкурент, но и как стратегический партнер, желающий дальнейшего функционирования сетевого сообщества.

Необходимо оговорить, что полезность ресурса в разновременном обмене меньше, чем если бы он участвовал в классическом обмене. Таким образом, полезность данного ресурса возрастет, поскольку он отдается практически безвозмездно.

2. На рисунке Б представлена модель внутрисетевого взаимодействия, которое заключается в планомерной и систематической циркуляции ресурсных обменов между субъектами сетевого сообщества.

Как видно из модели, многовидовой обмен осуществляется исключительно внутри сетевого сообщества между ее членами. Всякие попытки синтеза со стороны внешней среды увенчиваются провалом или они неполностью (частично) реализуемы. Данную ситуацию ярко подтверждает следующий пример. Нефтяная компания «Транснефть» дает отказ на два обращения Иркутской нефтяной компании (ИНК) о подключении к нефтеперекачивающей станции (НПС) № 7 и настаивает на подключении к НПС № 8. »Транснефть» мотивирует данное решение тем, что строительство НПС № 7 не запланировано в рамках строительства первой очереди ВСТО [6].

Сконструированная модель позволяет найти решение проблемы, характерной не только для сетевых сообществ, но и для иных организационных структур. Речь пойдет о конфликтном взаимодействии в сообществе. Конфликты в ВСТО – явление довольно редкое, но существуют случаи его возникновения. Попытаемся разобраться в природе сетевого конфликта на основе «обменной модели».

Ниже представлены основные схемы развития конфликта как вида взаимодействия в сетевом сообществе, сконструированные на основе анализа мотивации, планирования и прогнозирования элементов системы сетевого сообщества.

В первом случае (рис. 2) происходит видовая дисфункционализация обменов: субъекту, нацеленного на разновременный обмен (Р), предлагается вступить другим субъектом в отношения одновременного обмена (О) с явным требованием взаменности и наоборот. Но ресурс группы (Р) обладает меньшей полезностью, что было оговорено выше, провоцируя тем самым возникновение конфликтной ситуации. Примером данного конфликта является следующая ситуация, возникшая в условиях переговоров между НК «Транснефть» и китайской нефтяной компанией CNPC. Китай неоднократно заявлял в СМИ о готовности предоставления крупных инвестиций в строительство нефтепроводной трубы ВСТО, о поддержке политики российской нефтяной компании. В данном случае предоставление Китаем PR-информации можно расценивать как акт разновременного обмена с целью заручиться поддержкой России в будущем. Однако «Транснефть» выразила готовность участвовать с Китаем в прямом одновременном ресурсном обмене в режиме реального времени. Российская компания предлагает Китаю право непосредственного участия в ВСТО в обмен на предоставления кредита с процентной ставкой менее 7 %, что не выгодно для Китая [7].

На рис. 3представлен второй вариант развития конфликта. В данном случае происходит неравномерное распределение взаимодействий: два субъекта (S₂и S₄₎ осуществляют одновременный обмен по отношению к субъекту S₁, тем самым «перегружая» его и в значительной степени дисбалансируя деятельность сообщества в целом. Экономический, конкурентоспособный конфликт между нефтяными компании Японии и Китая является ярким подтверждением данной ситуации. Предложения правительству РФ каждым восточным партнером огромного количества вариантов развития и выгодных решений с единственной целью – принятия решения о строительстве нефтепровода именно в «свою страну», лишь усугубляет позиции зарубежных субъектов. Правительству тяжело в столь короткие сроки принять важное решение, замедляя процесс реализации второй очереди строительства ВСТО.

Таким образом, для устранения выше перечисленных конфликтных ситуаций необходимо:

1. Четко определиться субъектам сетевого сообщества в том виде обмена, который планируется ими реализовать;
2. Вступая в ресурсный обмен с другим участником сетевого сообщества, необходимо предугадать его цели и предвидеть возможные последствия от реализации данного обмена.

Рассмотрев основной механизм взаимодействия, необходимо остановиться на изучении способов его возникновения.

В условиях реализации строительства нефтепроводной системы ВСТО складываются две основные формы взаимодействия субъектов специализированного сетевого сообщества.

1) Первой и достаточно распространенной формой является взаимодействие, при котором государство, используя нормативный ресурс, задает комплекс норм и санкций, определяющих как само направление реализации проекта, так и регулирование деятельности нефтяных компаний. К числу таких нормативно-правовых актов можно отнести Федеральный закон «О недрах» [8, ст. 1], Постановление Правительство «О государственном регулировании тарифов на услуги субъектов естественных монополий по транспортировке нефти и нефтепродуктов» [9, ст. 1] и др.

2) Однако в процессе исследования автором установлено, что между субъектами сетевого сообщества также возникают и иные формы взаимодействия. Одной из таких форм является деятельность нефтяных компаний по отстаиванию и продавливанию личных интересов в государственных органах исполнительной и законодательной власти.

Лоббистская деятельность, осуществляемая представителями нефтяных компаний, активно проявилась на первом этапе строительства нефтепровода. Для того чтобы проект был одобрен, необходимо положительное заключение Государственной экологической экспертизы. Однако 24 января 2006 года государственный орган (ГЭЭ), подведомственный Ростехнадзору, ставит в затруднительное положение нефтяную бизнес-элиту, вынеся отрицательное заключение по проекту. Уместно заметить, что 3 марта 2006 года глава Ростехнадзора К. Пуликовский лично утверждает положительное заключение экспертной комиссии. В конце 2006 года Главгосэкпертиза также утверждает положительное заключение по проекту. [10, с. 8].

На первом этапе строительства нефтяного проекта также известны случаи лоббирования «нефтяных интересов» в органах законодательной власти. В СМИ нередко публиковались сообщения о том, что по инициативе одного из представительных лидеров крупной нефтяной компании из принимаемого Государственной Думой законопроекта была ликвидирована статья, которая ставила под угрозу реализацию проекта ВСТО [11].

Очевидно, что субъекты специализированного сетевого сообщества играют по «своим правилам игры», в ходе которой осуществляется «интенсивное и регулярное взаимодействие между всеми членами сообщества [12, с. 185]».

Таким образом, сконструированная модель взаимодействия членов специализированного сетевого сообщества позволяет сделать следующие выводы:

1. Конструктивный анализ модели взаимодействия позволяет выявить саму природу социальных взаимоотношений, возникающих в специализированном сетевом сообществе, спрогнозировать ее развитие.
2. Выявленная в результате анализа двухуровневая система обмена применима не только к рассматриваемому нефтяному сообществу, но и к иным сетевым структурам, наделенных специфическими признаками и субъектным составом.
3. В ходе реализации строительства нефтепроводной системы возникают формальные и неформальные способы взаимодействия между участниками сетевой структуры. Автором статьи установлено, что применение неформальных правил приходится на начальный этап строительства, т.е. на момент возникновения и запуска системы.
4. Анализ «обменных уровней» субъектов позволяет выявить степень их сопоставимости и совместимости, что позволяет предвидеть наступления конфликта и избежать возникновения его негативных последствий.