Transformation factors of the russian labor market

Gergiev I.E. , Gogichaeva K.E. , Zhelezova A.E. , Pozmogov A.I.

UDK 331.5(470)
BBK 65.240.5(2Ро

Purpose. The study of the reasons that hinder the development of the labor market in Russia in a market-transformational economy.

Methods. Analyzed the dynamics of the formation of the domestic labor market labor market, namely, the number of employed workers in the real economy, the level of wages, including the total share of wages, the proportion of official wages and the share of hidden wages. The relationship between the minimum wage (SMIC) and the subsistence minimum (PM) is investigated.

Results. Based on the dynamics of the development of the Russian labor market under the conditions of a market-based transformational economy based on basic macroeconomic indicators, scientifically based approaches and expert assessments, as well as its own conclusions, measures are proposed for its effective development.

Scientific novelty. The factors that influence labor productivity in the Russian transformational economy are identified.

Keywords: minimum wageliving wagelabor marketmarket-transformational economyfinancial resources.

В России сформировалось модель рынка труда отличающаяся от зарубежных. Экономика нашей страны после 80-х годов претерпела несколько этапов трансформации в своем развитии [1].

В условиях развития рыночных отношений в экономике России стабильная занятость трудоспособного населения зависима от ряда факторов:

  • Занятость населения в сфере реального сектора экономики;
  • уровень оплаты труда;
  • уровень инвестиционной активности в регионе;
  • развитие малого предпринимательства в субъектах федерации;
  • организация временной занятости населения территорий;
  • эффективное развитие сети профессионального обучения молодежи территорий субъектов РФ;
  • создание условий для лиц пенсионного и предпенсионного возраста с целью  профессиональной переобучения и переориентации по новым компетенциям.

Для оценки проблем рынка труда, препятствующих росту конкурентоспособности российской трансформационной экономики международной организацией The Boston Consulting Group (BCG) в конце 2017 года был проведен опрос российских работодателей (около 280 работающих в России компаний) который выявил следующие тенденции [2]:

  1. Из-за автоматизации рутинных процессов оптимизацию рабочих мест планируют только международные и крупные российские «новые» (основанные уже в постсоветское время) частные компании, доля которых на рынке труда в настоящее время невелика.
  2. В крупных отечественных «старых» (возникших на основе советских предприятий) частных компаниях оптимизация численности происходит не за счет внедрения новых технологий и профессий, а за счет сокращения численности персонала.
  3. В органах государственного управления, в компаниях с государственным участием, организациях образования и здравоохранения и других бюджетных организациях, а также предприятиях микро-, малого и среднего бизнеса оптимизация численности персонала главным образом происходит в связи с выходом сотрудников на пенсию.
  4. Большинство работодателей в компаниях с государственным участием не применяют стратегическое планирование найма персонала (планируют только до одного года), но это не мешает государственным корпорациям говорить об интеграции информационно-цифровых систем, автоматизации производственных процессов, роботизации и работе с большими массивами данных.

Необходимо отметить, что в РФ даже во время глубоких экономических спадов занятость оставалась высокой, а уровень безработицы был далек от значений, характерных для зарубежных стран.

Максимальный уровень безработицы, наблюдавшийся в 1998 году, составлял всего 13,3%, а в 2014–2016 годах ни разу не превысил 6% [3]. Вместо увеличения безработицы рос теневой сектор экономики и падали зарплаты реального сектора экономики.

В отдельные месяцы рассматриваемого периода снижение реальных зарплат превышало 10% в годовом выражении, а доля занятых в неформальном секторе достигала 24,3% [4].

На наш взгляд, такую модель нельзя назвать однозначно плохой — она не только способствует снижению социального напряжения в обществе, но и уменьшает глубину и продолжительность экономических кризисов. Главный минус данной модели — отказ от создания новых рабочих мест ради сохранения старых, поддержка неэффективных предприятий и сохранение технологической отсталости [2, с.10].

Кроме того, рынок труда остается непрозрачным — уровень зарплаты на нем зависит не от того, какую профессию человек выбрал и какой квалификацией обладает, а от того, в какую организацию он сумел устроиться.

Исследования BCG показывают, что в развитых странах доля занятых рабочих мест в категории «знание» на конец 2017 года составило в среднем более 25% (например, в Великобритании — 45%).

На Россию при всей образованности нашего населения и преимущественно высокой доли «беловоротничковой» занятости в экономике, можно отнести лишь 17% (таблица 1).

 

https://im8.kommersant.ru/ISSUES.PHOTO/CORP/2017/10/26/Rinok_truda_01%20.jpg

Рис. 1. Распределение рабочих мест по категориям (в %) [5]

 

Начиная с 90-х годов неуклонно сокращается занятость работников на предприятиях крупного, среднего и малого бизнеса, несмотря на то, что общая занятость по стране остается достаточно высокой.

Работники, сокращенные на отечественных предприятиях, стараются трудоустроиться вне корпоративной сферы, поэтому и попадают в теневой сектор экономики, соответственно  безработица в общем по стране остается низкой.

Для снижения неформальной занятости в трансформационной экономике России можно пойти по пути повышения пособий по безработице и упростить  доступ к этим выплатам, но данный механизм может привести к негативным последствиям вследствие значительного роста безработицы в целом [6].

За период с 1997 по 2017 год в общем объеме валового внутреннего продукта (ВВП) в нашей экономике доля оплаты труда снижалась (таблица 2). По прогнозу на 2018 год она должна снизиться на 0,6%, и по сравнению с 2017 годом может составить 45,9% [4].

 

Таблица 2. Доля оплаты труда в общем объеме ВВП в рыночных ценах, % [4]

Годы

1997

2000

2003

2006

2009

2012

2015

2016

2017

2018 (прогноз)

Общая доля оплаты труда, %

51,3

40,2

47,1

44,5

52,6

50,6

47,2

47,0

46,5

45,9

Доля официальной оплаты труда, %

39,8

29,1

35,8

31,7

37,7

36,2

33,8

33,5

32,9

32,5

Доля скрытой оплаты труда

11,5

11,1

11,3

12,8

14,9

14,4

13,4

13,5

13,6

13,7

 

Повышение минимального размера оплаты труда (МРОТ) само по себе не может привести к росту среднего размера оплаты труда, так как заработная плата является частью добавленной стоимости произведенного продукта (услуги). Если реальный сектор экономики ничего не производит, то и оплата труда будет отсутствовать, т.е. оплата труда рабочего будет зависеть не только от МРОТ, но и от производительности труда работника.

Отметим факторы, влияющие на производительность труда [7, с.65]:

сложившаяся структура экономики государства;

уровень конкурентоспособности конкретной бизнес-единицы;

уровень инновационно-технологического развития в реальном секторе экономике;

качество менеджмента и быстрота принятия управленческого решения.

На наш взгляд, наиболее высокая конкуренция в 2019 году будет в следующих профессиональных сферах:

  • юриспруденция;
  • искусство и развлечения;
  • добычи сырья;
  • бухгалтерский учет.

В 2019 году следующие профессиональные области, будут оплачиваются лучше других:

  • информационные технологии;
  • медицина и научные разработки;
  • консалтинг;
  • девелопмент (развитие бизнес-отношений в сфере строительства);
  • продажи (работа медицинских представителей);
  • оптимизация бизнес-процессов компании и пр.

Хуже всего будет оплачиваться труд «синих воротничков» (обеспечение безопасности, обеспечение чистоты, благоустройства, персонал склада), а также персонала, не требующего высокой квалификации (продажи в розничных точках, продажа финансовых и банковских продуктов, сфера гостеприимства). В числе низкооплачиваемых также окажется сфера образования.

Таким образом, в целях дальнейшего развития рынка труда в ходе коренной трансформации отечественной экономики в ближайшей перспективе необходимо осуществление следующих мероприятий:

современные реалии требуют радикальной корректировки трудового законодательства;

механизм расчета пособий по безработице, ПМ и МРОТ на региональном и федеральном уровнях подлежит пересмотру с учетом реальных финансовых возможностей [5, с. 105];

дать возможность регионам самим устанавливать размеры МРОТ, ПМ, социальных выплат и пособий [8].

Литература

  1. Официальный сайт Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации. [электронный ресурс]. URL: http://demo.rosmintrud.ru/ (дата обращения 17.10.2018).
  2. Глобализация и институциональная модернизация экономики России: теория и практика: монография / под общ. ред. В.В. Бондаренко. М.: Прометей, 2018. 656 с.
  3. Гайва Е. Уровень безработицы в России снизился до исторического минимума. / Официальный сайт RG.RU. [электронный ресурс]. URL: https://rg.ru/2018/11/09/uroven-bezraboticy-v-rossii-snizilsia-do-istoricheskogo-minimuma.html (дата обращения 10.11.2018).
  4. Официальный сайт Федеральной службы государственной статистики. [электронный ресурс]. URL: http://www.gks.ru/ (дата обращения 19.10.2018).
  5. Позмогов А.И., Гергиев И.Э., Каллагов Б.Р., Бекойты А.Г.  Перспективы развития интегрированных корпоративных бизнес-структур в условиях неустойчивости социально-экономических систем. М.: РУСАЙНС, 2018. 244 с.
  6. Макаров О., Фейнберг А. Теневая экономика в России. / Официальный сайт РБК. [электронный ресурс]. URL: http://www.rbc.ru/newspaper/2017/07/03/595649079a79470e968e7bff (дата обращения 24.10.2018).
  7. Позмогов А.И., Гергиев И.Э. Актуальные проблемы устойчивого экономического роста России. LAPLAMBERT Academic Publishing Omni Scriptum GmbH&Co. KG Bahnhofstrasse 28, 66111 Saarbrücken, Germany, 2017.
  8. Шибутов М. Экономический рейтинг регионов России: кто важнее. / Официальный сайт ИА REGNUM. [электронный ресурс]. URL: https://regnum.ru/news/economy/2506950.html (дата обращения 01.11.2018).

Bibliography

  1. Official website of the Ministry of Labor and Social Protection of the Russian Federation. [e-resource]. URL: http://demo.rosmintrud.ru/ (date of reference 17.10.2018).
  2. Globalization and institutional modernization of the Russian economy: theory and practice: a monograph / ed. V.V. Bondarenko. M.: Prometheus, 2018. 656 p.
  3. Gayva E. The unemployment rate in Russia fell to a historic low. / Official site RG.RU. [e-resource]. URL: https://rg.ru/2018/11/09/uroven-bezraboticy-v-rossii-snizilsia-do-istoricheskogo-minimuma.html (date of reference 10.11.2018).
  4. Official site of the Federal State Statistics Service. [e-resource]. URL: http://www.gks.ru/ (date of reference 19.10.2018).
  5. Pozmogov A.I., Gergiev I.E., Kallagov B.R., Bekoyty A.G. Prospects for the development of integrated corporate business structures in an unstable socio-economic systems. M.: RUSAINS, 2018. 244 p.
  6. Makarov O., Feinberg A. The shadow economy in Russia. RBC official website. [e-resource]. URL: http://www.rbc.ru/newspaper/2017/07/03/595649079a79470e968e7bff (date of reference 24.10.2018).
  7. Pozmogov A.I., Gergiev I.E. Actual problems of sustainable economic growth in Russia. LAPLAMBERT Academic Publishing Omni Scriptum GmbH & Co. KG Bahnhofstrasse 28, 66111 Saarbrücken, Germany, 2017.
  8. Shibutov M. Economic rating of Russian regions: who is more important / REGNUM official site. [e-resource]. URL: https://regnum.ru/news/economy/2506950.html (date of reference 01.11.2018).
  • Economics and management


Яндекс.Метрика