Institutional development of migration structures in Russia in the late 90-s of the XX century and the early 2000 (Kurgan region)

Podlivalov S.M.

UDK 33с5
BBK 65.240.502

The article considers stages of government bodies’ formation in the Kurgan region for implementation of the government migration policy and settlement regulation for refugees and legislation thereupon. The author analyses functional changes in migration service of the Kurgan region and other institutions regulating the population transfer processes.

Keywords: interaction with public organisationmigration policymigrationmigration processes regulation.

Российское общество, вставшее в начале 90-х годов ХХ в. на путь демократии, одним из первых своих шагов предприняло либерализацию политики в области миграции. В этих условиях открывались большие возможности для выезда людей за пределы России. В то же время в ходе совершенствования правовой базы миграции, создания в стране ряда демократических институтов вектор переселений стал меняться: теперь уже не из России, а в Россию в массовом порядке стали переселяться люди.

Наиболее острые проблемы возникли с возникновением новой, ранее не имевшей места в России, формы миграции, которая получила название «вынужденная миграция». Вынужденная миграция населения из-за рубежа в Россию стала результатом распада СССР, в результате чего миллионы соотечественников оказались за пределами своей исторической родины. Этому процессу способствовала недальновидная политика новых независимых государств «вытолкнувших» в Российскую Федерацию значительную массу населения, в первую очередь русскоязычного. За 90-е годы из стран СНГ и Балтии в Россию переехало более 8 млн человек. Кроме мигрантов, приезжавших на постоянное место жительство, в Россию стали прибывать временные трудовые и коммерческие мигранты [1, с. 9].

Сложившая в стране миграционная ситуация, связанная в большой степени с вынужденным переселением людей, усугублялась отсутствием необходимой законодательной базы в сфере миграции, специальных государственных органов, которые бы взяли на себя функции управления миграцией.

Управление миграцией является разновидностью социального управления. Здесь следует выделить два основных значения управления миграцией. Во-первых, организационно-структурное, т.е. уп­рав­ление миграцией организуется на федеральном, региональном и муниципальном уровнях через организационные структуры: Федеральная миграционная служба РФ, комитеты, территориальные службы, центры временного размещения и др. Во-вторых, функциональное значение. В нем определяются общие и конкретные функции управления миграцией. Соответствующие институциональные структуры организуют практическую работу по реализации решений вышестоящих инстанций и своих собственных.

Структурные и функциональные изменения, происходившие в конце 90-х – начале 2000-х гг., во многом были связаны с поиском российскими властями наиболее эффективной модели миграционной системы. В поисках преемлимой для России модели изучался опыт регулирования миграционных процессов в западных странах (Канада, США, Германия). Однако мировой опыт не может дать единого рецепта, как должен быть устроен миграционный механизм России. Опыт западный стран складывался многие годы. Россия же должна была за короткий момент времени найти эффективный механизм регулирования миграции населения, на что у других стран ушли многие годы. Поэтому этот опыт нарабатывался путем проб и ошибок. При этом использовались ключевые функции, которые должны были выполняться в любой стране с любой миграционной системой. Таких функций можно выделить семь: выдача и распространение информации об иммиграционных правилах за рубежом; пограничный контроль; правовой статус и права внутри страны; беженцы и предоставление политического убежища; социальные услуги; контроль за соблюдением внутреннего законодательства и выдворение из страны; пересмотр административных и судебных решений [2, л. 49].

В условиях масштабной вынужденной миграции населения в Россию правительство РФ приняло ряд мер, направленных на организацию регулирования этого процесса, в первую очередь, по созданию миграционных структур. 14 декабря 1991 г. был образован Комитет по делам миграции при Министерстве труда и занятости населения РФ, преобразованный в июне 1992 г. в Федеральную миграционную службу России (ФМС России) [3, ук. 626].

Постановлением Правительства РФ от 22 сентября 1992 г. ФМС России было поручено создать на местах территориальных органы, разработать и утвердить положение об их функциях. Утверждена штатная структура центрального аппарата ФМС России в количестве 350 человек. [4, л. 45–46].

Увеличение объемов миграции соотечественников из-за рубежа потребовало увеличения штатного количества работников миграционных служб. В 1996 г. их число было увеличено до 3697 человек.

В последующие годы организационная структура как центрального аппарата, так и территориальных миграционных служб продолжала совершенствоваться. В 1998 г. во всех субъектах РФ была проведена реорганизация миграционных служб, находившихся в составе исполнительной власти. На их базе были созданы самостоятельные территориальные органы ФМС России. Численность штатного состава миграционных служб была установлена: центрального аппарата – 219 единиц, территориальных органов – 2958 единиц [5, л. 62–63].

В связи с изменением миграционной ситуации в России в конце 1999 г. были продолжены новые структурные преобразования – ФМС России была преобразована в Министерство по делам Федерации, национальной и миграционной политики Российской Федерации. Однако, как показала практика, перегруженное многочисленными функциями министерство не справлялось с возложенными на него задачами. В связи с этим 16 октября 2001 г. указом президента РФ это министерство было упразднено, а функции в миграционной сфере переданы Министерству внутренних дел России.

Формирование новых миграционных структур происходило непросто. Появление любых новых институтов – социальных, экономических, политических – в переломные периоды истории всегда было сопряжено с огромными трудностями.

Процессы преобразований, происходившие в России, объективно требовали подведения под них правовой базы, соблюдения признанных международным сообществом принципов миграции.

Несмотря на ряд подписанных Россией международных актов, касавшихся оказания помощи и приема беженцев (Женевская Конвенция ООН 1951 г. о статусе беженцев), потребовалось в начале 90-х гг. ХХ века в целях упорядочения своих отношений в сфере миграции со странами ближнего зарубежья (Азербайджан, Армения, Белоруссия, Грузия, Казахстан, Киргизия, Молдавия, Таджикистан, Туркмения, Узбекистан, Украина) подписать ряд соглашений, регулирующих процессы переселения и защите прав мигрантов, о гражданстве.

Для улучшения регулирования стихийных миграционных потоков 11 июня 1992 г. был издан приказ Министерства труда и занятости РФ «О введении в действие Временного порядка учета и регистрации беженцев и вынужденных переселенцев и Временного порядка выплаты единовременного денежного пособия беженцам и вынужденным переселенцам». Этот приказ определял территории, мигранты из которых могли быть признаны беженцами и вынужденными переселенцами.

Важное значение для усиления государственного регулирования миграции имеют принятые в 2003 г. Законы РФ «О беженцах», «О вынужденных переселенцах» [6, с. 18–19], определившие права и обязанности этих категорий иммигрантов, порядок привлечения и использования иностранных граждан на территории Российской Федерации. Они явились правовым регулятором коренного изменения миграционной ситуации в стране.

Процессу регулирования, привлечения и использования на территории Российской Федерации и усилению иммиграционного контроля способствовали федеральные законы, принятые в 2002 г. «О гражданстве Российской Федерации», и «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации». Благодаря этим законом была введена миграционная карта, с помощью которой удалось упорядочить учет въезжающих в РФ иностранцев, определить цели их въезда и направления движения мигрантов, что в целом способствовало улучшению иммиграционного контроля.

С первых шагов своей деятельности комитет по делам миграции населения при Министерстве труда и занятости РФ предпринимал усилия по разработке основных направлений миграционной политики. Научные разработки и практический опыт нашли отражение в федеральной программе «Миграция», принятой 18 мая 1992 г. (с дополнениями в 1994 г.). Приоритетами в программе были: защита прав и интересов граждан РФ, проживавших как на ее территории, так и за ее пределами; управление миграционными процессами в России, регулирование въезда и выезда мигрантов в страну, осуществление иммиграционного контроля, содействие социально-экономической адаптации и интеграции мигрантов в РФ путем создания благоприятных условий их приема и размещения; оказание необходимой им помощи.

Положительную роль в регулировании миграционных процессов сыграла федеральная миграционная программа, рассчитанная на 1998–2000 годы. В ходе ее реализации вынужденным мигрантам была оказана значительная помощь и поддержка. Однако в более поздний период в связи с передачей миграционных функций в МВД России и изменением приоритетов в миграционной политике данная программа больше не возобновлялась.

Основная тяжесть в решении проблемы регулирования миграционных процессов легла на регионы, их управленческие структуры. В начале 90-х гг. ХХ века в Курганской области эти задачи выполняло областное управление труда, передавшее свои полномочия в сфере миграции миграционной службе Курганской области, созданной в соответствии с постановлением Администрации Курганской области от 18 мая 1993 г. «Вопросы областной миграционной службы».

Штаты областной миграционной службы в 1994 г. были малочисленны – всего лишь 17 человек. Направления, связанные с иммиграционным контролем, аналитической и юридической работой были представлены лишь по одному сотруднику.

К январю 1997 Г. в структуре Курганской миграционной службы действовало семь отделов. В связи с увеличением числа прибывавших в регион переселенцев в ряде районов были созданы межрайонные территориальные отделения миграционной службы.

В 1998 г. в связи с реорганизацией миграционной службы произошло сокращение количества ее штатных единиц (до 18), число отделов сократилось до трех, а территориальные отделения были упразднены.

К началу 2000 г. Миграционная служба Курганской области по-прежнему оставалась малочисленной, в ней числилось всего 19 сотрудников. При этом нагрузка на одного сотрудника продолжала возрастать. Количество рассмотренных вопросов, связанных с обращением мигрантов в службу, к 2000 г. достигло 9380 [7, л. 15]. Ежедневно обращались не менее 40 человек для регистрации, постановки на учет, по вопросам предоставления жилья, ссуд и другим вопросам. [8, л.15].

Анализируя процесс реорганизации миграционной службы Курганской области, можно сделать следующие выводы: структура миграционной службы области менялась в зависимости от стратегии центральных органов власти и складывающейся миграционной обстановки.

Совершенствование законодательства, ужесточение требований к порядку рассмотрения ходатайств, изменения в структуре миграционных потоков требовали наличия подготовленных кадров. Однако таких кадров не было, опыт нарабатывался в процессе практической работе. Это связано с тем, что ни одно учебное заведение России не готовило специалистов- управленцев миграционными процессами. Руководство стремилось грамотно вести подбор кадров. Большинство сотрудников службы имели высшее образование, успешно проходили аттестацию государственного служащего. Периодически проводились учебные занятия и семинары для сотрудников службы. Стоит отметить, что Федеральная миграционная служба России вела переподготовку сотрудников территориальных органов в специальном ее центре «Болшево» (г. Москва). Только к концу 90-х гг. ХХ века в ФМС России и в ее территориальных органах стал складываться костяк профессиональных кадров, способных квалифицированно проводить работу [9, л. 161–162].

Многие проблемы вынужденных мигрантов выходили за пределы компетенции миграционной службы. Требовалось участие и других ведомств в решении отдельных вопросов. Это сотрудничество осуществлялась в рамках заключенных между ними соглашений.

Так, в 1995 Г. было подписано соглашение о взаимодействии с Центром занятости населения области (о квотировании рабочих мест) [10, л. 19]. В том же году было заключено соглашение на 1996–1997 гг. между миграционной службой, администрацией области, представителями работодателей и областной федерацией профсоюзов [11, л. 1–3], областным центром занятости, Управлением социальной защиты, областным управлением здравоохранения, центром санэпиднадзора, комитетами по культуре и искусству, статистике. Договор об оказании моральной и материальной поддержке вынужденных переселенцев был заключен с Курганским епархиальным управлением Русской православной церкви [12, С. 22].

Представители службы вошли в состав Консультативного совета по проблемам национальных отношений, в комиссию по делам бродяжничества [13,
л. 1–2, 4–5, 7–10].

Взаимодействие способствовало более оперативному и эффективному решению многих проблем. Например, соглашение, подписанное миграционной службой с паспортно-визовой службой УВД области, помогло ускорить прописку (регистрацию) у родственников и знакомых с их согласия до получения мигрантами официального статуса вынужденного переселенца, а также оперативно решать вопросы принятия (восстановления) гражданства РФ. Соглашение с областным центром санэпиднадзора позволило переселенцам бесплатно проходить медицинский осмотр.

В конце 90-х гг. при администрации (правительстве) Курганской области был создан областной Совет по делам миграции [14, л. 50]. В его состав вошли представители органов законодательной и исполнительной властей, общественных и религиозных организаций, заинтересованных в решении проблем переселенцев. Деятельность Совета способствовала решению конкретных проблем различных категорий мигрантов. Им вырабатывались принципы областной миграционной политики. Совет объединял усилия и осуществлял координацию деятельности различных государственных органов, ведомств и общественных организаций в деле регулирования миграционных процессов.

Совет по делам миграции стал организационно-методическим центром работы по регулированию миграционных процессов в регионе. При всех недочетах в его работе, он сыграл положительную роль в организации регулирования миграционных процессов.

Важным аспектом государственной миграционной политики являлось укрепление связей органов власти Курганской области с негосударственными организациями, что объясняется стремлением вовлечь дополнительные силы и средства для решения задач обустройства и адаптации вынужденных переселенцев.

Это сотрудничество получило особое развитие в Курганской области во второй половине 90-х годов ХХ в. – начале ХХI в., что способствовало увеличению реальной помощи общественным переселенческим организациям в осуществлении их деятельности.

В 2001 г. рядом областных и районных ведомств была оказана помощь вынужденным мигрантам из с. Яровое Половинского района. Отдел культуры Половинского района помог Яровинскому сельскому Дому культуры в организации ряда кружков. Органы народного образования решили вопрос с обеспечением детей вынужденных переселенцев горячим бесплатным питанием, оказали им материальную помощь в приобретении одежды, обуви, школьных принадлежностей. Курганская городская библиотека имени Маяковского подарила Яровинской средней школе более 900 книг. Органы социальной защиты района предоставили материальную поддержку 11 малообеспеченным семьям мигрантов, 14 их детей были направлены на отдых в оздоровительные лагеря. [15, с. 8].

Важное значение для решения проблемы материальной поддержки вынужденных мигрантов имело сотрудничество миграционной службы области с общественными гуманитарными организациями. Благодаря взаимодействию Миграционной службы Курганской области с Курганским отделением Российского фонда помощи беженцам «Соотечественники», фондами «Эммануил», «Милосердия и здоровья» удалось оказать более ощутимую гуманитарную поддержку вынужденным мигрантам.

Миграционная служба способствовала созданию центров, объединяющих общественные организации. Так, при ее участии в 1999 г. был создан Консультативный совет переселенческих организаций и общественных объединений. Он содействовал общественным переселенческим организациям в решении таких задач, как трудоустройство переселенцев, а в отдельных случаях и помогал решать их жилищные проблемы, оказывать материальную поддержку. Деятельность совета была направлена и на создание условий для прозрачности распределения среди вынужденных переселенцев различных видов помощи.

Стремясь укрепить межрегиональные связи, миграционная служба Курганской области и администрация (правительство) Курганской области выступили инициаторами создания на Урале Координационного совета «Уральское соглашение», который объединил усилия органов государственной власти и местного самоуправления, территориальных миграционных служб, общественных организаций округа в деле регулирования миграционных процессов в уральском регионе [16, с. 1].

Опыт совместной работы органов исполнительной власти, миграционной службы с общественными переселенческими и гуманитарными организациями дал положительные результаты в деле поддержки вынужденных мигрантов.

Однако начавшееся в 2001–2002 гг. реформирование миграционной системы ликвидировало эти организующие центры работы с иммигрантами.

Уделялось внимание взаимодействию с национально культурными центрами Зауралья. Некоторые из прибывавших на постоянное место жительства мигрантов входили в национально-культурные центры, действующие на территории Зауралья. К 2002 г. в Курганской области действовало 12 таких центов, в том числе областной казахский общественный центр «Шанрак», Центр русской народной культуры «Лад», областная общественная организация российских армян «Арарат», азербайджанский культурный центр «Араз» и др. Миграционная служба сотрудничала с этими организациями в деле адаптации прибывающего в область нерусскоязычного населения [17, л. 107].

Несмотря на прямое действие федеральных законов в отношении беженцев и вынужденных переселенцев, на местах также принимались нормативно-правовые акты. В 90-х годах были приняты постановления и распоряжения администрации области: «О мерах по оказанию помощи беженцам и вынужденным переселенцам» (май 1992 г.); «Об областной долговременной программе «Миграция» (сентябрь 1992 г.); «Вопросы областной миграционной службы» (май 1993 г.); «О привлечении и использовании иностранной рабочей силы в Курганской области» (июнь 1996 г.); «Об утверждении областного плана действий по улучшению положения женщин и их роли в обществе на 1997–2000 гг.» (апрель 1997 г.); «О временной комиссии по выплате компенсаций за утраченное жилье и имущество гражданам, пострадавшим в результате кризиса в Чеченской Республике и покинувшим ее безвозвратно» (июнь 1997 г.); «О проведении конкурса на получение права продажи жилья для вынужденных переселенцев» (ноябрь 1997 г.) «Об областной миграционной программе на 1998–2000 гг.» (декабрь 1998 г.) [18, л. 290]. Принятые местные нормативные документы существенно дополнили и конкретизировали законодательную базу в области миграции на региональном уровне.

Важным документом, разработанным миграционной службой, являлась федеральная программа «Миграция», в которую ежегодно вносились коррективы. Несмотря на определенные недостатки, она стала отправной точкой в системной работе с вынужденными мигрантами.

Комплексно решались проблемы миграции с помощью целевой областной миграционной программы на период 1998–2000 гг. Она сыграла важную роль в нормализации миграционной обстановки в Зауралье в этот период, оказала большую поддержу вынужденным мигрантам.

Важное место в работе Миграционной службы Курганской области занимала информационно аналитическая работа, позволяющая отслеживать миграционную ситуацию, строить прогнозные оценки. С июля 1992 г. ФМС России ввела систему статистической отчетности. Миграционной службой ежегодно издавался информационный бюллетень, который публиковал статистические наблюдения, рассказывал об интересном опыте работы с мигрантами.

Миграционной службой Курганской области периодически проводились социологические опросы. Такие исследования проводились в 1996 г. – о проблемах приема и обустройства вынужденных переселенцев, прибывших в область в период с 01.01.1995 по 01.04.1996 г., в 1997 г. – об эффективности мер государственной помощи и адаптации вынужденных переселенцев на территории Курганской области, в 2004 г. – анкетный опрос вынужденных переселенцев по проблеме адаптации и обустройства на территории Курганской области [19, л. 1, 25].

В практике миграционной службы использовались такие формы работы, как конференции, круглые столы, заседания коллегий, пресс-конференции и др. В качестве организаторов и участников сотрудники миграционной службы Курганской области участвовали в межрегиональных встречах. В сентябре 1997 г. Миграционная служба Курганской области приняла участие в подготовке и проведении в г. Кургане межрегионального семинара «Служение церкви и государства в ответ на вынужденную миграцию» [20, л. 7–9].

14 июня 2000 г. в г. Кургане прошло заседание круглого стола на тему: «Объединение усилий общественных организаций Уральского региона, органов государственной власти, территориальных миграционных служб и органов местного самоуправления по реализации государственной миграционной политики». В нем участвовали представители всех областей Урала. Участники решили объединить усилия в регулировании миграционных потоков из Казахстана, государств Средней Азии [21, с. 36].

24 апреля 2003 г. в г. Кургане состоялась Межрегиональная научно-практическая конференция «Проблемы, перспективы и направления демографического развития Курганской области», на которой большое внимание было уделено проблемам миграции как фактора улучшения демографической ситуации в регионе.

Однако миграционной службе не удалось в полной мере добиться прогнозирования на современном уровне. Слабо учитывались данные о внутренней миграции, эти процессы недостаточно увязывались с экономическими показателями, что представляло неполную картину реального положения дел в этой сфере. Проблемы миграции не стали предметом широкого обсуждения в научном мире и у общественности.

Проблемы информационно-аналитической работы усугублялись слабым материально-техническим обеспечением службы. До 1996 г. Миграционная служба Курганской области имела несколько маломощных компьютеров, в которых формировалась база данных о вынужденных переселенцах и выплаченных им ссудах на приобретение жилья. Отсутствие надежных систем связи с федеральным центром не позволяло создать единую информационную сеть. Обработка статистических данных проводилась вручную, что не исключало возможности ошибок. Лишь с переходом в систему МВД России территориальные органы ФМС России стали активно оснащаться компьютерной техникой, создавались локальные сети, выделялась оргтехника. В частности, это позволило в масштабе России создать единую базу данных по иностранным гражданам, въехавшим в Россию для временного пребывания, для осуществления трудовой деятельности, данных об иностранцах, выдворенных за пределы РФ.

Сложившиеся в 90-е годов ХХ века – начале 2000 годов XX века структуры регулирования миграционных процессов в России сыграли положительную роль в решении главной задачи – первичного приема и размещения в регионах потоков иммигрантов, хлынувших из бывших республик СССР. Они сумели защитить их основные права. В то же время экономические возможности России, отсутствие четкого законодательства, квалифицированного кадрового потенциала не позволяли оказывать в полном объеме материальную и финансовую помощь всем нуждающимся, достаточную для нормального обустройства на новом месте жительства.

Таким образом, изменившиеся региональные социально-экономические и правовые условия, а также характер миграционных потоков (сокращение доли вынужденной миграции и рост трудовой миграции в начале 2000-х годов) изменили направления деятельности административных органов власти, в частности МВД, по отношению к мигрантам. В них видели в основном группы населения, склонные к криминальной деятельности на новом месте поселения. Этим в определенной мере объясняется неэффективность регулирования миграции на региональном уровне. Возраставшие проблемы иммиграции вызвали в начале 2000-х озабоченность российских властных структур, что выразилось в принятии в 2002 г. двух базовых законов в области гражданства и миграции. Несмотря на признание важности иммиграционных процессов для экономического и социально-демографического развития России, миграционная политика начала 2000-х гг. имела ограничительный уклон и ставила во главу угла обеспечение безопасности государства. Сведение миграционной политики только лишь к учету беженцев и вынужденных переселенцев, оказанию им минимальной помощи, предусмотренной законом, а также пресечение нелегальной миграции были явно недостаточными и неадекватными мерами со стороны государственных органов.

Вместе с тем опыт работы ряда государственных и общественных институтов с мигрантами может быть использован в будущем.

Литература

  1. Юдина Т.Н.Социология миграции: к формированию нового научного направления. М.: Издательско-торговая корпорация «Дашков и К», 2004. С. 9.
  2. Архив миграционной службы Курганской области (АМСКО). Ф. 1. Оп. 1. Д. 370. Л. 49.
  3. Указ Президента РФ от 14 июня 1992. № 626 «О федеральной миграционной службе России» // Ведомости съезда народных РФ. 1992. № 25. Ст. 422.
  4. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 10120. Оп. 1. Д. 1. Л. 45–46.
  5. ГАРФ. Ф. 10120. Оп. 1. Д. 16. Л. 62–63.
  6. Воробьева О. Скоробатько О. Научное обеспечение управления миграцией // Ежеквартальный научно-практический журнал. «Миграция». 1997. № 2. С. 18–19.
  7. АМСКО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 30. Л. 15.
  8. АМСКО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 278. Л. 15.
  9. АМСКО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 372. Л. 161–162.
  10. АМСКО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 30. Л. 19.
  11. АМСКО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 111. Л. 1–3.
  12. Богданов А.В. Об итогах выполнения областной миграционной программы // Информационный бюллетень миграционной службы Курганской области. 1998. № 3. С. 22.
  13. АМСКО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 166. Л. 1–2, 4–5, 7–10.
  14. АМСКО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 282 -А. Л. 50.
  15. Сидлецкий В.Стихийную миграцию регулирует… «Репатриация» // Вестник Форума. 2000. № 12. С. 8.
  16. Мурашкина В. «Надежда» дает надежду // Новый мир. 2003. 23 октября. С. 2.
  17. АМСКО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 289. Л. 1107.
  18. АМСКО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 217. Л. 290.
  19. АМСКО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 19-A Л. 1, 25, 26, 49, 67; Д. 3, Л. 1.
  20. АМСКО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 181. Л. 192; Д. 224. Л. 7–9.
  21. Руки помощи протягивает церковь // Ежеквартальный научно-практический журнал «Миграция». 1998. № 1. С. 36.

Bibliography

  1. Yudina T.N. Sociology of migration: formation of the new scientific trend. М.: «Dashkov and K» publishing company, 2004. P. 9.
  2. Archive of the Kurgan region migration service (AKRMS). F. 1. Op. 1. D. 370. L. 49.
  3. The 1 June 1992 RF President Order № 626 «On Federal migration service of Russia» // The Gazette of the RF People’s Deputies’Congress. 1992. № 25. Р. 422.
  4. The RF State archive (RFSA). F. 10120. Op. 1. D. 1. L. 45–46.
  5. RFSA. F. 10120. Op. 1. D. 16. L. 62–63.
  6. Vorobjova О. Skorobogatko O.Scientific support of migration management // A quarterly scientific Journal «Migration». 1997. № 2. Р. 18–19.
  7. AKRMS. F.1. Op. 1. D. 30. L. 15.
  8. AKRMS. F.1. Op. 1. D. 278. L. 15.
  9. AKRMS. F.1. Op. 1. D. 372. L. 161–162.
  10. AKRMS. F.1. Op. 1. D. 30. L. 19.
  11. AKRMS. F.1. Op. 1. D. 111. L. 1–3.
  12. Bogdanov A.V.On the results of implementation of the regional migration program // The Kurgan region migration service Bulletin. 1998. № 3. Р. 22.
  13. AKRMS. F.1. Op. 1. D. 166. L. 1–2, 4–5, 7–10.
  14. AKRMS. F.1. Op. 1. D. 282 -A. L. 50.
  15. Sidletski V. Spontaneus migration is regulated…»Repatriation» // The Forum Journal. 2000. № 12. P. 8.
  16. Murashkina V. «Nadezhda» gives hope // Novyi mir. 2003. 23 October. P. 2.
  17. AKRMS. F. 1. Op. 1. D. 289. L. 1107.
  18. AKRMS. F. 1. Op. 1. D. 217. L. 290.
  19. AKRMS. F. 1. Op. 1. D. 19-A L. 1, 25, 26, 49, 67; D. 3, L. 1.
  20. AKRMS. F. 1. Op. 1. D. 181. L. 192; D. 224. L. 7–9.
  21. Church offers help // A quarterly scientific practical Journal «Migration». 1998. № 1. Р. 36.
  • Problems of demography and population


Яндекс.Метрика